ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


(мы переехали!) Ukrainian flag (little) ELIBRARY.COM.UA - Украинская библиотека №1

ВОЙНА ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ И ПОЗИЦИЯ РОССИИ

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 10 августа 2016
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




За последние годы проблемы, связанные с историей стран Латинской Америки, в частности их революционной войной за независимость в 1810 - 1826 гг., привлекают все большее внимание советских исследователей. Только в 1964 г. вышли три специальные крупные работы, посвященные этой теме: коллективный труд под редакцией Н. М. Лаврова, А. И. Штрахова и Б. И. Коваля, монографии М. С. Альперовича и Л. Ю. Слезкина1 .

Речь идет, однако, не только о простом увеличении числа книг по латиноамериканской тематике. Главное, что отличает новые труды и прежде всего монографии М. С. Альперовича и Л. Ю. Слезкина, - это их качественно новый и более высокий по сравнению с предшествующими работами теоретический и исследовательский уровень.

Появление таких исследований стало возможным в результате многолетнего изучения авторами широкого круга опубликованных и архивных источников2 , а также обобщения лучших достижений отечественной и зарубежной историографии. Большая роль в принципиальном решении вопроса о характере, движущих силах и историческом значении освободительной войны испанских колоний в Америке принадлежит, в частности, коллективной статье, опубликованной в 1956 г. на страницах журнала "Вопросы истории"3 . Пересмотрев старую, отрицательную оценку С. Боливара, данную в свое время К. Марксом (последний располагал тогда, как известно, лишь очень тенденциозными источниками), авторы статьи в значительной мере стимулировали своей работой дальнейшее творческое изучение у нас войны Латинской Америки за независимость.

Для решения комплекса международных проблем, связанных с освободительным движением испанских колоний в Америке, существенное значение имело документированное опровержение тенденциозной версии буржуазной, в первую очередь англо-американской, историографии об "исключительно враждебном отношении" России к восставшим колонистам и о существовании в этой связи реальной угрозы интервенции Священного союза в Латинскую Америку. Как было установлено в новых работах советских авторов, политика России по отношению к Испанской Америке определялась в то время далеко не одними реакционными принципами легитимизма, но и рядом других факторов. Что касается русской прогрессивной общественности, то ее симпатии находились на стороне восставших колонистов с самого начала.

Книги М. С. Альперовича и Л. Ю. Слезкина в известном смысле как бы подводят итог предшествующим достижениям советской латиноамериканистики по проблеме и, в свою очередь, вносят новый вклад во всестороннее ее исследование. М. С. Альперович рассматривает войну за независимость Мексики (это справедливо и в отношении других стран Испанской Америки) как антиколониальную буржуазную революцию, исторической задачей которой было не только отделение от Испании, но и ликвидация феодальных порядков: старых форм эксплуатации, землевладения, сословных привилегий. М. С. Альперович отмечает условность и неточность принятого до сих пор в буржуазной литературе деления мексиканского населения, как и населения других испанских колоний, по расово-этническому принципу (индейцы, метисы, креолы); он подчер-

1 "Война за независимость в Латинской Америке (1810 - 1826)". Редакция: Н. М. Лавров (отв. ред.), А. И. Штрахов, Б. И. Коваль. М. 1964; М. С. Альперович. Война за независимость Мексики (1810 - 1824). М. 1964; Л. Ю. Слезкин. Россия и война за независимость в Испанской Америке. М. 1964.

2 Среди использованных ими уникальных источников наряду с рукописными материалами из советских архивов следует отметить редкие публикации на испанском языке, включая многотомные документальные собрания под редакцией Х. Эрнандес-и-Давалоса, Х. Гарсия, а также обширные коллекции переписки, воспоминаний и трудов участников исследуемых событий из разных хранилищ.

3 М. С. Альперович, В. И. Ермолаев, И. Р. Лаврецкий, С. И. Семенов. Об освободительной войне испанских колоний в Америке (1810 - 1826). "Вопросы истории", 1956, N 11.

стр. 153
кивает социальную неоднородность указанных групп и исходит в своем изложений прежде всего из классового принципа. В частности, по справедливому мнению автора, совершенно неправильно рассматривать так называемых креолов как нечто единое, поскольку среди них находились представители самых различных слоев колониального общества.

Обстоятельно характеризуется Мексика в колониальный период (XVI-XVIII вв.); М. С. Альперовичем также специально исследуются исторические, в частности, социально-экономические предпосылки национально- освободительного движения. Аргументированное разоблачение действий испанских конкистадоров весьма актуально и в современных условиях, когда франкистские историки, выступая с позиций воинствующего паниспанизма и католицизма, вслед за Х. Худеросом превозносят испанское завоевание и колонизацию Америки, а объективные свидетельства Лас Касаса и других очевидцев преступлений колонизаторов объявляют "черной легендой" и злостной клеветой.

Вместе с тем, по нашему мнению, следовало бы обратить внимание на диалектическую противоречивость процесса испанской колонизации Америки, отметив, чего автор не сделал, и некоторые объективно прогрессивные моменты, связанные с втягиванием завоеванных стран в систему мировой торговли, с развитием новых производительных сил и формированием мексиканской нации. В подтверждение этого можно сослаться на вывод самого же автора (стр. 117 - 118): "Длительный процесс смешения этнических компонентов сопровождался установлением определенной общности метисского, креольского, негритянского и части индейского населения Мексики. Все они говорили на испанском языке, исповедовали одну и ту же католическую религию... Ранее не связанные между собой территории отдельных племен и народов были объединены в рамках созданного колонизаторами вице-королевства Новая Испания... Важное значение имело развитие экономических связей и образование внутреннего рынка. Под воздействием всех этих факторов к началу XIX века сложились объективные предпосылки становления мексиканской нации". В то же время, если первоначально, независимо от желания самих завоевателей, испанская колонизация в известной мере способствовала некоторому развитию промышленности, торговли и сельского хозяйства в Мексике, то в XVIII - начале XIX в. зависимость ее от метрополии уже препятствовала их росту, а колониальный режим стал прямым тормозом дальнейшего прогресса страны.

Важными предпосылками войны за независимость, как показано М. С. Альперовичем, явились народные движения против испанских захватчиков, особенно массовые индейские восстания. Определенное влияние оказывали и благоприятные внешние факторы: революционная война США за независимость, Французская буржуазная революция конца XVIII в., а также бурные события 1808 г. в самой Испании (см. стр. 130 и далее). Развивая свой главный тезис и рассматривая освободительную войну мексиканского народа в качестве буржуазной революции, автор справедливо отмечает, что с завоеванием политической независимости в 1821 г. была решена лишь одна из задач революции, поскольку освобождение от колониального ига не сопровождалось сколько-нибудь существенными социально-экономическими и политическими преобразованиями. Борьба за республику и прогрессивные реформы, против военно-монархической диктатуры Итурбиде (1821 - 1824) явилась в этом смысле решающим этапом в дальнейшем развитии революции, завершившейся в октябре 1824 г. принятием конституции, которая окончательно оформила создание федеративной мексиканской республики, упразднила ряд феодальных институтов н провозгласила некоторые принципы и нормы буржуазного права.

М. С. Альперович сумел показать также борьбу двух тенденций в освободительном движении - демократической (Идальго, Морелос4 ) и умеренной (Альенде, Район) - последовательные изменения позиций различных классов и социальных групп в ходе революции.

Автор касается историографических проблем не только во введении и специальной главе, посвященной анализу наиболее крупных работ об освободительной войне мексиканского народа, но систематически ведет полемику с буржуазными авторами по конкретным вопросам на протяжении всей работы. В некоторых случаях с оценками автора можно спорить. Так. вряд ли целесообразно зачислять Г. Рейналя, У. Робертсона и

4 См. о последнем: М. С. Альперович. "Слуга нации". "Вопросы истории", 1965, N 9.

стр. 154
Ф. Клавихеро в одну группу (стр. 6), ибо первый из них был выдающимся французским революционером-просветителем, второй - сугубо консервативным английским историком, а третий - мексиканским иезуитом.

Существенное замечание следует сделать по поводу русских архивных документов. М. С. Альперович упоминает, что "кое-какие материалы, касающиеся преимущественно внешнеполитического аспекта войны за независимость Мексики", имеются в фондах АВПР и некоторых других советских архивов (стр. 23); в ряде случаев он ссылается на донесения русского посланника в США. Но это делается главным образом лишь в качестве дополнительной иллюстрации к уже приведенным материалам, поскольку для внутренней истории Мексики русские документы действительно могут представлять лишь косвенный интерес. Однако по ряду затронутых в исследовании вопросов эти материалы приобретают самостоятельное значение, а в некоторых случаях могут рассматриваться в качестве важного первоисточника. Мы имеем в виду, в частности, вопросы, связанные с историей Флориды, Техаса и особенно Калифорнии. Укажем, например, на серию интересных донесений Ф. П. Палена из Филадельфии за 1810-1811 гг., где русский посланник в США довольно подробно излагал ход инспирированного американцами восстания в Западной Флориде в сентябре 1810 г. и последовавшего затем присоединения этой территории к Соединенным Штатам; он пересылал также в Петербург соответствующие документы5 . Показательно, что уже в самом начале донесения, касаясь "беспорядка", творившегося во Флориде, царский посланник обратил внимание на принципиальное отличие его от событий, происходивших в других испанских владениях6 . Анализируя в дальнейшем договорные "основания" захватнических действий США в отношении Флориды, Ф. П. Пален выражал справедливое сомнение по поводу юридических "прав" американцев на территорию, "которая им очень подходит, но которая им не принадлежит". "Это правительство, - продолжал посланник, - хочет использовать конвульсивное положение, в котором оказалась испанская монархия, но мне представляется, что воинственный дух мало подходит для республики, которая претендует быть образцом самой чистой справедливости"7 .

Большего внимания заслуживают, на наш взгляд, и другие донесения Ф. П. Палена, а также А. Я. Дашкова и Н. Я. Козлова, комментировавших события в Латинской Америке; эти донесения использованы М. С. Альперовичем (а также Л. Ю. Слезкиным) лишь частично. В обнаруженной нами пространной памятной записке, приложенной к депеше Ф. П. Палена от 14(26) ноября 1809 г., отмечалось: "Именно нашими днями и следует датировать начало эпохи неизбежного упадка Европы и эры, наиболее благоприятной для Америки". "Именно тогда зародыш свободы более открыто проявится в различных провинциях Испанской Америки", - подчеркивал он, называя далее в первую очередь Мексику. Наибольшие выгоды в результате освобождения Америки, по мнению Ф. П. Палена, в конечном итоге должна была извлечь Англия, так как страны Нового Света предоставят "колоссальный рынок сбыта для продукции ее промышленности"8 . Может быть, стоило бы также специально выделить и другую депешу Ф. П. Палена, от 16(28) ноября 1810 г., свидетельствовавшую о трезвой оценке событий в испанских колониях и даже известном сочувствии посланника восставшим9 .

Заметим еще и следующее. М. С. Альперович отмечает, что, хотя торговля с иностранцами в Новой Испании была строжайшим образом запрещена, азиатские и европейские государства тем не менее неоднократно предпринимали попытки завязать с Мексикой деловые связи (стр. 45 - 51). Нам представляется, что в этой связи было бы целесообразно воспользоваться оригинальными русскими источниками, как опубликованными, так и рукописными, которые хранятся в советских центральных библиотеках и архивах.

Как известно, в первой половине XIX в. между Россией и Мексикой устанавливались известные деловые контакты. Весной 1806 г. корреспондент Российско-Американ-

5 См., в частности. Архив внешней политики России (АВПР), ф. Канцелярии, д. 12163. лл. 64 - 66, 69, 86 - 87; д. 12165, лл. 28 - 29, 75 и др.

6 Там же, д. 12163, л. 65.

7 Там же, л. 87.

8 Там же, д. 12161, лл. 22 - 25.

9 Там же, д. 13163, лл. 82 - 84.

стр. 155
ской компании Н. П. Резанов предпринял специальную поездку в Калифорнию 10 , где провел успешные переговоры с губернатором Верхней Калифорнии Х. Арильягой и обращался к вице-королю Новой Испании Х. Итурригарию. Вслед за этим последовали экспедиции к берегам Калифорнии И. А. Кускова; неоднократные обращения главного правления Российско- Американской компании "к благородным и высокочтимым соседям гишпанцам, живущим в Калифорнии" с предложением установить взаимовыгодную торговлю; основание форта Росс на американском побережье в 1812 г. и т. Д. Хотя официальная договоренность никогда не была достигнута, "начальный опыт торговли с Калифорнией" Н. П. Резанова на практике получил более или менее систематическое развитие11 .

Если монография М. С. Альперовича в основном посвящена внутренним проблемам войны Мексики за независимость, то Л. Ю. Слезкин исследует внешнеполитические вопросы, связанные с революцией в Испанской Америке в целом. Международный аспект войны за независимость Испанской Америки детально разработан в трудах ряда крупных буржуазных ученых. Всеобщее признание получили работы Ч. Уэбстера о политике Великобритании в период войны Испанской Америки за независимость. Широко известны также фундаментальные монографии У. С. Робертсона о позиции Франции я А. П. Уайтакера о политике Соединенных Штатов12 . С выходом в свет книги Л. Ю. Слезкина получила, наконец, подробное освещение и позиция России.

Перед автором стояла сложная задача. Если М. С. Альперович имел в своем распоряжении определенную документальную базу и опирался на широкий круг специальных работ зарубежных, в частности мексиканских, авторов, то даже общие контуры проблемы, избранной Л. Ю. Слезкиным, представлялись в ряде случаев неясными, а сама тема таила в себе немало неожиданных поворотов. Документальную основу для книги автору пришлось подбирать буквально по крупицам. Чтобы разобраться в позиции России по испано-американскому вопросу, нужно было исследовать, в сущности, всю систему международных отношений того времени.

Позиция русской дипломатии по отношению к Испанской Америке оказывалась в значительной мере производной от системы западноевропейской политики царского правительства (то есть от отношений России с Англией, Испанией и Францией). Существенный отпечаток на позицию России оказывали также ее связи с Соединенными Штатами Америки и политика в "восточном вопросе".

Л. Ю. Слезкин справедливо выступает против упомянутой выше традиционной привычки рассматривать политику России в вопросе о восставших колониях, исходя исключительно из приверженности царского правительства к реакционным идеям легитимизма. Односторонность этой концепции становится особенно очевидной при анализе отношения России к начальному этапу войны Испанской Америки за независимость, когда русское правительство очень близко подходило к проблеме фактического признания новых государств Испанской Америки и установления с ними торговых связей (см. стр. 354).

Детальному анализу в книге подвергнута, однако, не только чисто дипломатическая сторона событий. Автор подробно освещает отношение русской общественности к революции в Испанской Америке, анализирует материалы прессы (журналы "Вестник Европы", "Сын отечества", "Исторический журнал", "Московский телеграф" и другие) и показывает солидарность первых русских дворянских революционеров-декабристов с борцами за свободу в Испанской Америке.

10 См. П. Тихменев. Историческое обозрение образования Российско- Американской компании. Ч. II. Приложения. СПБ. 1863, стр. 253 - 283; Центральный государственный исторический архив в Ленинграде (ЦГИА), ф. 13, оп. 1, д. 687, лл. 1 - 21; "Внешняя политика России" (ВПР). Т. III, стр. 208 - 209, 692 - 693.

11 Среди документальных материалов о русско-американских связях первой четверти XIX в., помимо документов АВПР и ЦГИА, отметим ценную коллекцию бумаг Российско-Американской компании в Отделе рукописей Библиотеки СССР имени В. И. Ленина (ф. 204, к. 32, ед. хр. 1 - 44), а также известные труды В. Потехина, К. Хлебникова, Д. Завалишика и П. Тихменева.

12 Ch. K. Webster (ed.). Britain and Independence of Latin America, 1812 - 1830. 2 vis. London. 1938; W. S.Robertson. France and Latin America Independence. Baltimore. 1939; A. P. Whitaker. The United States and the Independence of Latin America, 1800 - 1830. Baltimore. 1941.

стр. 156
Что касается изученных автором источников, то нам хотелось бы обратить внимание автора монографии на' ценные материалы Д. К. Адамса, прежде всего на его переписку и обстоятельные дневники13 . Находясь в 1809 - 1814 гг. на посту посланника в Петербурге, Д. К. Адаме систематически обменивался мнениями с министром иностранных дел Н. П. Румянцевым о развитии революционных событий в Испанской Америке. Уникальные записи этих бесед позволяют выяснить взгляды русского канцлера и его роль в формировании "латиноамериканской политики" России. Комментируя обсуждение Государственным советом в октябре 1811 г. проекта Н. П. Румянцева об открытии торговых связей с новыми государствами, Д. К. Адаме подчеркивал, что, По замыслу канцлера, русская политика "должна была содействовать независимости провинций Южной Америки", а его желание, по-видимому, заключалось в том, чтобы Россия стала первой державой, признавшей новые государства14 .

Сколь ни необычным может показаться содержание доверительных бесед республиканского посланника с министром иностранных дел Российской империи, обнаружившее явное совпадение их точек зрения в отношении целесообразности признания самостоятельности восставших колоний, радикальность взглядов Н. П. Румянцева не следует все же слишком переоценивать. Касаясь мотивов отклонения Государственным советом его смелого проекта, канцлер заметил: "Население этих провинций держалось в состоянии такого жестокого угнетения, что он опасался, что, добиваясь своей независимости, они проявят примеры того же насилия и те же сцены жестокости, которые, как показывает опыт, столь обычны для подобных революций". Реакционное большинство Государственного совета явно не было подготовлено к принятию проекта Н. П. Румянцева, ибо это повлекло бы за собой признание независимости новых государств. "Опасение тех беспорядков, о которых я упомянул, помешало моему успеху"15 , - заключил канцлер и сообщил, что он предполагает снова вернуться к этому вопросу.

Хотя большинство Государственного совета отклонило предложение Н. П. Румянцева, практическая деятельность русских дипломатов в ряде случаев развивалась на основе полученных ими ранее инструкций, в которых смелые идеи канцлера уже получили некоторое отражение.

Интерес в этой связи представляют, в частности, обнаруженные нами архивные документы о назначении в 1813 г. на Кубу первого русского консульского агента. Активным сторонником "директорных сношений с гиспанскими колониями" выступал п то время русский генеральный консул в Филадельфии Н. Я. Козлов, направивший 20 февраля 1813 г. специальное донесение в Петербург, в котором настоятельно рекомендовал "поспешить завести прямые сношения с Южной Америкой и гиспанскими колониями"16 . В этом же донесении генеральный консул подробно информировал Н. П. Румянцева о предпринятых им практических шагах, в частности о беседах с испанским посланником Л. Онисом. "По речам сего министра и по всем забранным мною справкам, - писал Н. Я. Козлов, - оказывается, что лучшее для нашей торговли место в колониях есть Хавана на острове Кубе", поскольку именно в этом месте "находится, так сказать, складка всех продуктов прочих гиспанских владений, с которыми невозможно еще иметь прямых оборотов". Н. Я. Козлов сообщал далее, что "по разным уважениям" он счел необходимым "назначить в Хавану агента и избрал к тому природного тамошнего подданного, купца Антониа Линча". Последний, по отзыву Н. Я. Козлова, "разумеет аглинский, французский и гиспанский языки и знающ вельми в торговых делах". В соответствии с имевшимися у него правами генеральный консул "снабдил г-на Линча патентом, в коем наименовал его российским коммерческим агентом на острове Куба". Одновременно он снабдил консульского агента специальной

13 См. "Writings of John Quincy Adams". Ed. by W. S. Ford. Vol. I-VII. New York. 1913 - 1917; "Memoirs of John Quincy Adams". Ed. by Ch. F. Adams. Vol. X-XII. Philadelphia. 1864 - 1877 (Л. Ю. Слезкин пользовался, к сожалению, сильно сокращенным вариантом дневника Д. К. Адамса, изданным А. Невинсом в 1928 г. в одном томе).

14 "Writings of John Quincy Adams". Vol. VI, p. 256.

15 "Memoirs of John Quincy Adams". Vol. II, pp. 339 - 340; "Writings of John Quincy Adams". Vol. IV, p. 300.

16 АВПР, ф. Канцелярии, д. 2585, лл. 24 - 30.

стр. 157
инструкцией, состоявшей из 11 статей, в которой детально регламентировались его функции17 .

Н. Я. Козлов полагал, что назначение русского коммерческого агента, став известным в Гаване, обратит внимание "тамошнего купечества к выгодам прямых с нами сношений. По мнению г-на Линча, хаванцы сами поспешат отправлением к нам кораблей, и я тем более ему верю, что агент сей располагает употребить на то собственные капиталы". Касаясь общих перспектив торговых связей с Латинской Америкой, русский консул писал: "Товары наши известны уже в гиспанских колониях. Оные доселе доставлялись им от американцев, которые и ныне продолжают снабжать их оными через Хавану посредством неутральных судов. Отпускную торговлю нашу с островом Куба составлять будут те же артикулы, какие продавали мы американцам. Цены тамошние железным всякого рода вещам, канатам, веревкам, парусине, салу, стеклянной посуде, зеркалам весьма выгодны; но холст и тонкие полотна наши более всего принесут прибыли. В возврат получать мы будем сахар, кофей, индиго, кошениль, красильное дерево, хину, салсанарил и все протчие продукты Южной Америки".

Судя по известным нам документам, надежды Н. Я. Козлова на установление прочных регулярных торговых связей с Испанской Америкой не оправдались, и назначение коммерческого агента на Кубе не принесло ожидаемых им результатов. По всей видимости, А. Линч счел более целесообразным не рисковать своими капиталами для установления связей с отдаленным русским рынком, а заняться более привычной и, главное, надежной торговлей с Англией. Известно, что спустя более полутора лет, 10 ноября 1814 г., Н. Я. Козлов сообщал в Петербург: "Учрежденный мною агентом нашим в Хаване Антоний Линч, принужден быв по делам своим отправиться в Англию, извещает меня, что он не в состоянии более продолжать нам свои услуги. Я стараться буду приискать на место его другого агента"18 .

Возможно, что дальнейшие поиски в архивах позволят выяснить новые подробности, связанные с назначением и деятельностью первого русского консульского агента в Гаване; но и уже известные нам документы представляют несомненный интерес для истории ранних связей России с Испанской Америкой, в частности с Кубой.

Приводимые материалы, хотя они и не использованы в монографии, согласуются с основными выводами, к которым приходит Л. Ю. Слезкин, подчеркивая, что роль России в войне за независимость Испанской Америки не была однозначной. Отнюдь не обеляя реакционное царское правительство, автор справедливо указывает, что в силу определенных объективных причин роль России оказалась потенциально положительной в первый период (1810 - 1812 гг), беспристрастной (точнее, может быть, сказать -безучастной) -во второй (1812 - 1816 гг.) и в принципе реакционной - ь третий (1817 - 1825 гг.), несмотря на занятый ею практически нейтралитет (стр. 355).

Не возражая в принципе против данной периодизации, заметим, что более целесообразным нам представляется выделение лишь двух главных этапов, основным рубежом которых служил бы 1815 год. Изменение политики царской России в испано-американском вопросе, правда, произошло не сразу, и ее реакционная сущность вполне определилась лишь к 1817 г., но вряд ли приходится сомневаться, что принципиальным рубежом как в международном, так и во внутриполитическом аспекте остается все же 1815 год - год образования Священного союза. Конкретную периодизацию, предложенную в книге М. С. Альперовича по нашему мнению, также целесообразно было бы сочетать с выделением двух главных этапов, внутри которых можно было бы сохранить и более дробное деление: 1810 - 1815 гг. (сентябрь 1810 - март 1811, вторая половина 1811 - 1815) и 1816 - 1824 гг. (1816 - 1819, 1820 - 1821; сентябрь 1821 - март 1823, март 1823 - октябрь 1824 г.). В этом случае общая периодизация также вполне сочеталась бы с конкретными особенностями хода революции в Мексике.

Выводы Л. Ю. Слезкина подтверждены огромным документальным материалом, изучением и сопоставлением всей совокупности порой противоречивых фактов; именно поэтому они выглядят весьма убедительно. Приверженность царского прави-

17 См. "Instructions pour Mr. Antonio Lynch Agent Commercial de Russie dans l'Isle de Cuba" (там же, лл. 31 - 32).

18 АВПР, ф. Канцелярии, д. 9243, лл. 103 - 104.

стр. 158
тельства принципам легитимизма накладывала, естественно, недружелюбный отпечаток на его общую позицию в испано-американском вопросе, а также на отдельные реакционные акции, прежде всего в дипломатико-правовой сфере, но практически, в силу сложившихся в то время объективных условий, Россия не проявила реальных агрессивных намерений и никогда не готовила вооруженной интервенции против восставших испанских колоний. Эта точка зрения сейчас в общем разделяется всеми осведомленными исследователями как в нашей стране, так и за рубежом, хотя в оценках значения отдельных событий иногда и возникают здесь известные разногласия19 .

Важным достижением советской историографии следует признать детальную разработку вопроса об отношении к войне за независимость в Латинской Америке, помимо официальных кругов, еще и русской общественности. Нужно упомянуть в этой связи статьи Б, Н. Комиссарова20 и работу Л. А. Шура 21 . Достоинством последней является, в частности, привлечение неизвестных ранее архивных источников (в том числе литературных) и внимательное изучение материалов русской печати, что позволило Л. А. Шуру в общих чертах, хотя и фрагментарно, проследить историю культурных, экономических и политических связей России с Латинской Америкой вплоть до 1917 года.

Нельзя не отметить заметную общую и полиграфическую культуру издания упомянутых выше книг. Речь идет не только об их хорошем внешнем оформлении, включая красочные суперобложки, о наличии подробных указателей и резюме на русском и испанском языках, но и высоком качестве издательского редактирования, что выражается, в частности, в прекрасном научном аппарате, который может удовлетворить самого придирчивого читателя (издательские редакторы книг - Л. И. Беленькая и И. С. Трахтенберг).

19 См. Б. Н. Комиссаров. Отношение России к войне Испанской Америки за независимость (по материалам архива В. М. Мирошевского). "Вестник" ЛГУ. N 8. Серия истории, языка и литературы. Вып. 2. 1964, стр. 60 - 71; обзор источников и литературы в монографии Л. Ю. Слезкина, а также M. Kossok. Im Schatten der Heiligen Allianz. Deutschland und Lateinamerica 1815 - 1830. Berlin. 1964, SS. 110 - 111.

20 Б. Н. Комиссаров. Бразилия в первой четверти XIX века в описаниях русских мореплавателей. "Вестник" ЛГУ. N 14. Серия истории, языка и литературы. Вып. 3. 1961; его же. Русские мореплаватели о войне Испанской Америки за независимость. "Война за независимость в Латинской Америке". Сборник статей. М. 1964.

21 Л. А. Шур. Россия и Латинская Америка. Очерки политических, экономических и культурных отношений. М. 1964.






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2020. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Разместить рекламу на сайте elib.org.ua (контакты, прайс)