ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


(мы переехали!) Ukrainian flag (little) ELIBRARY.COM.UA - Украинская библиотека №1

"ИСТОРИЯ АЗЕРБАЙДЖАНА". Т. I

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 21 апреля 2016
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




Баку. 1958. 423 стр. Тираж 20000. Цена 12 руб. 50 коп. (1 руб. 25 коп.) Первый том трехтомной "Истории Азербайджана" охватывает период с древнейших времен до начала XIX века. Том создан коллективом ученых Института истории АН Азербайджанской ССР. Этот труд является как бы итогом многолетней деятельности историков Азербайджана и других советских республик, занимающихся изучением прошлого азербайджанского народа. В современной реакционной буржуазной историографии укоренилась антинаучная точка зрения, будто бы азербайджанский народ не имеет своей собственной истории, а прошлое его является якобы составной, не очень существенной частью истории Ирана. Наибольшее развитие это положение получило в иранской историографии, в которой Азербайджан рассматривается как географическая область, исконно входившая в состав государственных образований Ирана1 . Лишь в пантюркистской турецкой историографии история Азербайджана рассматривается самостоятельно. Однако при этом преследуется определенная цель - доказать "единство" всех тюркских народов, среди которых, по учению пантюркистов, наиболее передовыми и развитыми являются османские турки2 . Подобный подход к освещению истории Азербайджана направлен на отрицание не только прав азербайджанского народа на свое самостоятельное историческое и культурное прошлое, но и на принижение его современной роли. Недаром реакционные иранские историки в своих сочинениях усиленно подчеркивают тезис об исконной принадлежности Ирану Закавказья, якобы несправедливо отторгнутого у него царской Россией. При этом, акцентируя свое внимание на агрессивной политике царской России, они замалчивают, скрывают захватническую, грабительскую политику шахов Ирана - вековых угнетателей народов Закавказья. Перед историками Советского Азербайджана стояла сложная задача - по существу, заново разработать и написать, руководствуясь марксистско-ленинским учением, историю азербайджанского народа, показать его богатое историческое прошлое, его культуру как составную часть культу- 1 См. работы. Р. Пазуки, А. Экбаля, А. Таджбехша и других иранских историков. 2 См. Джехангир Зейнель-оглы. Мухтасар Азербайджан тарихи. Стамбул. 1342 г. х. (1924). стр. 145 ры Востока и мировой культуры. Вместе с тем эта история должна была быть воссоздана как история народных масс - творцов истории. Задача эта осложнялась тем, что дореволюционная историография сделала очень немного даже в вопросах изучения источников и разработки политической и культурной истории Азербайджана. Самостоятельная азербайджанская историография, возникшая в Северном Азербайджане после присоединения его к России, так и не перешагнула в своем развитии уровень средневековых хронистов. Азербайджанские историки XIX века в силу традиции и других причин во многом зависели в вопросах истории Азербайджана до XIX в. от иранских историков: они идеализировали иранских шахов, начиная от Сасанидов и кончая первыми Каджарами. Другим, еще более существенным препятствием при изучении истории средневекового и древнего Азербайджана является положение с источниками. Специфика политического и национального развития Азербайджана до XIX в. имела следствием то обстоятельство, что до нас не дошло, если не считать нескольких дипломатических документов XVI - XVIII вв., ни одного исторического источника на азербайджанском языке. Поэтому сведения о прошлом Азербайджана приходится черпать из источников, написанных авторами различных народностей на арабском и персидском языках, а также из армянских, грузинских, европейских и других источников. Ценность их для истории Азербайджана различна. Например, в арабоязычных сочинениях VIII - XIII вв. данных по Азербайджану сравнительно немного, значительно меньше, чем по Ирану или Средней Азии, тогда как в персоязычных хрониках XVI в. материалов по истории Азербайджана не меньше, чем по Ирану. При наличии таких многоязычных и трудных для исследования источников встает вопрос о сборе и обобщении сведений по средневековому Азербайджану. Необходимо отметить, что и в настоящем коллективном труде список использованных источников ограничен. Его можно было бы значительно расширить за счет привлечения большего числа арабских, армянских, европейских и иных материалов. К тому же достойным сожаления является тот факт, что при создании такого солидного труда, как "История Азербайджана", во многих случаях использовались не подлинники источников, а неопубликованные переводы, хранящиеся в архиве Института истории АН Азербайджанской ССР. Это обстоятельство снижает научную ценность труда. Между тем, многие азербайджанские историки превосходно знают и критически используют литературу на европейских и восточных языках. Весьма важен и вопрос о литературе. За последние годы советские историки проделали большую работу в области изучения истории Азербайджана до XIX века. Работы И. Алиева, А. А. Али-заде, Г. Араслы, И. М. Джафар-заде, В. Н. Левиатова, Е. А. Пахомова, И. П. Петрушевского, М. Шарифли и других способствовали разработке многих конкретных вопросов истории Азербайджана и в значительной мере содействовали появлению данного труда. В рецензируемом труде полезно было бы дать источниковедческий и историографический разделы. В обширном и чрезвычайно полезном списке литературы, приложенном к тому, весьма мало указано работ зарубежных авторов. Большинство книг и статей приведены со сноской на рукописные переводы, хранящиеся в архиве Института истории АН Азербайджанской ССР, тогда как у историков Азербайджана есть полная возможность дать вполне научный аппарат со ссылкой на оригинал. В "Истории Азербайджана" получили отражение все основные вопросы социально-экономической, политической и культурной истории Азербайджана. Во главу угла поставлено исследование производительных сил и производственных отношений. В каждом разделе тома, выделенном в соответствии с существующей в нашей науке периодизацией истории Азербайджана, имеется отдел, посвященный этим важнейшим вопросам. Вместе с тем содержание рецензируемого труда показывает, что именно на эти проблемы должно быть в дальнейшем обращено внимание историков Азербайджана. Там, где имеется конкретное исследование по определенному периоду (например, по периоду XIII - XIV вв., обстоятельно изученному в многочисленных работах А. А. Али-заде), более основательно и аргументированно изложены и вопросы экономики. Большим недостатком является слабая археологическая изученность средневекового Азербайджана. Именно данные археологии могли бы в значительной степени восполнить пробелы письменных источников. При недостатке местных материалов, возможно, следовало бы привлечь материалы по экономике сопре- стр. 146 дельных стран, например, Армении, Ирана. В частности, к этому методу успешно прибегали А. А. Али-заде и некоторые другие историки. Более серьезное внимание следовало бы обратить на раскрытие на конкретном материале известного положения К. Маркса о сосуществовании земледельческого и кочевого хозяйства. Для истории Азербайджана это положение имеет прямое и очень важное, а в ряде случаев и определяющее значение. Известна отрицательная роль кочевников и кочевой знати в средневековом Азербайджане, то, в какой степени наличие их тормозило экономическое развитие страны. Ведь господство кочевников с их примитивными формами хозяйства и вытекавшими из них видами собственности оказывало тормозящее воздействие не только, скажем, на развитие городов и товарно-денежных отношений, но и на развитие самой феодальной собственности. Очевидно, в значительной мере с этим было связано отсутствие или, точнее, слабое развитие господского хозяйства в Азербайджане и Иране. Странным нам кажется положение на стр. 250, в котором утверждается, что в XVI в. наблюдаются "относительное уменьшение иноземных вторжений и хозяйственный подъем". Малейшее знакомство с источниками убеждает как раз в обратном. Уже шах Исмаил I большую часть своего правления провел в войнах с узбеками и турками. При Тахмаспе I войн, часто неудачных для шаха, было еще больше. Азербайджан (особенно Южный); непрестанно страдал от турецких нашествий, тогда как Ширван то и дело восставал против Сефевидов. Карательные экспедиции в Ширван не могли не влиять отрицательно на его экономику. К тому же феодальные ополчения, составлявшие главную, а для XVI в., по существу, единственную военную силу шахов, содержались за счет населения. Последнему это обходилось недешево. Множество войн и феодальных усобиц наблюдалось особенно в конце XVI века. Все это находится в резком контрасте с XVII столетием (исключая его первые два десятилетия), когда Азербайджан почти не испытывал на себе влияния внешних войн. Одной из основных проблем, которыми занимается советская историческая наука, является классовая борьба. Авторы "Истории Азербайджана" уделили большое внимание этой проблеме. В частности, основательно изложено одно из крупнейших восстаний в Аббасидском халифате - восстание Бабека (стр. 118 - 124). Вместе с тем и эта важнейшая часть исторического прошлого Азербайджана требует еще более основательного анализа источников, из которых можно извлечь и новые факты классовой борьбы. Наряду с восстаниями следовало бы уделить внимание и другим формам классовой борьбы: побегам крестьян, отказам от уплаты податей и т. д. В источниках, особенно по позднему периоду (XVI - XVIII вв.), отражены и эти вопросы. Вместе с тем требовалось бы уточнить оценку ряда движений, упомянутых в работе. Например, на стр. 233 и 235, где речь идет об антисефевидском восстании в Ширване в 1549 г. во главе с Бурхан-мирзой, это восстание характеризуется как феодальный мятеж. Между тем и в восстании Бурхан-мирзы и в ряде других антисефевидских выступлений в Ширване принимали участие наряду с феодалами, возглавившими их и связанными с Турцией, также и массы ширванских крестьян, у которых отбирались земли и раздавались кызылбашским эмирам и кочевым племенам, переселяемым в Ширван из Южного Азербайджана, Армении и Ирана. Недаром Ширван наряду с Гиляном являлся в XVI в. самой "мятежной" областью в составе Сефевидской державы. Неверная оценка дана и движению Мехлу-баба (стр. 275 - 276). Единственным источником по этому вопросу является рассказ армянского историка Закарии Саркзвага. Однако из него отнюдь не вытекает, что в данном случае имело место, открытое восстание. Мехлу явно не выступал против властей, и никакого карательного отряда на его подавление никто не посылал3 . Точно так же, на наш взгляд, следует критически отнестись к смешению реального Кероглу и героя азербайджанского, туркменского и турецкого эпосов, известного под тем же именем4 . На стр. 276 в разделе о восстании 1629 г. следовало бы уточнить, что основным рай- 3 См. Закария Саркаваг. Memoires historiques sur les Sofis par le diacre Zakaria. Tr. par M. Brosset. Collection d'historiens Armeniens. T. II. SPb. 1876, p. 37; см. также И. П. Петрушевский. Очерки по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI - начале XIX в. Л. 1949, стр. 329 - 331. 4 См. А. П. Новосельцев. Из истории классовой борьбы в Азербайджане и Восточной Армении в XVII - XVIII вв. "Исторические записки". Т. 67. 1960, стр. 239. стр. 147 оном восстания был Гилян и цифра в 30 тыс. восставших относится в основном к этой области5 . Можно было бы привести и другие факты, показывающие, что над вопросами классовой борьбы азербайджанским историкам предстоит еще основательно поработать. Важным является вопрос о складывании азербайджанской народности с единым языком тюркской группы. Ему уделено внимание в разделе о формировании азербайджанского языка (стр. 169 - 172). Правильно показано, как ряд языков различных языковых групп был вытеснен единым языком тюркской группы. Лишь в результате этого процесса постепенно сложилась азербайджанская народность. Едва ли только следует преувеличивать влияние тюрок в Азербайджане в V - VII веках. В реакционной буржуазной историографии установилось неправильное положение, будто бы азербайджанский народ не принимал участия в создания каких-либо государственных образований. Как и другие работы советских историков, рецензируемый труд полностью опровергает это положение. Исследования историков позволяют утверждать, что предки азербайджанцев играли большую роль в создании таких древних государств, как Манна, Мидия, Антропатена и другие. И в средние века Азербайджан знал свою государственность, примером ее являются Ширван, Арран и другие. В "Истории Азербайджана" подробно прослежена история этих государств, их политическое и международное значение, сделаны попытки, насколько позволяют источники, дать характеристику их государственного строя. Менее удачна, на наш взгляд, постановка вопроса о Сефевидском государственном образовании XVI - начала XVIII века. По существу, и в рецензируемой работе бытует тезис о том, что Сефевидское государство XVI в. до шаха Аббаса I (1587 - 1629 гг.) являлось азербайджанским государством, а затем каким-то путем переросло в Иранское национальное государство. В связи с этим вольно или невольно напрашивается мысль о прогрессивности этого государства для Азербайджана в XVI в., в то время как в XVII в. те же Сефевиды характеризуются как национальные угнетатели Азербайджана. При рассмотрении вопроса об образовании Сефевидского государства выдвигается тезис о закономерности этого образования, будто бы вызванного определенными экономическими причинами, а на стр. 227 утверждается, что движение, возглавленное Сефевидами, отражало потребности оседлого населения. К сожалению, все эти положения не подкреплены фактическим материалом. Если же обратиться к источникам, то из них видно, что опорой Исмаила I, при котором и было создано Сефевидское государство, было не оседлое население, а кочевые племена, составившие союз кызылбашских племен. Именно о них идет речь во всех известных нам источниках. Наиболее ранние и достоверные источники свидетельствуют, что наряду с кочевыми племенами Южного Азербайджана, Армении, Ирана значительную поддержку Исмаилу оказали и восточные турецкие племена Малой Азии6 . По свидетельству венецианца Марино Сануто, современника Исмаила, внимательно следившего за событиями в Турции, в Малой Азии сторонники Сефевидов составляли до 4/5 населения7 . По Азербайджану (Южному) у нас нет таких данных, хотя Сефевидское движение началось оттуда, не говоря уже о Ширване, который до XVII в. так, по существу, и не покорился Сефевидам. Лишь резня, произведенная Селимом I накануне похода 1514 г., обеспечила покорность Малой Азии султану. Интересен тот факт, что уже Исмаил I попытался осуществить то, что столетием позже сделал Аббас I, а именно - ограничить власть и влияние кочевой знати. Но при этом он вовсе не проявлял какого-либо пристрастия именно к азербайджанской некочевой знати. Уже в 915 г. х. (1509 - 1510 гг.)" он лишил высшей должности в государстве - векиля своего воспитателя Хусейн-бека шамлу и передал ее Наджму Гиляни, а после смерти последнего назначил векилем Яр-Ахмеда Хузани Исфагани8 . Но поражение на Чалдыранской равнине (1614 г.) заставило Исмаила вернуть эту должность Кызылбашам. Сле- 5 Об этом восстании см. И. П. Петрушевский. Народное восстание в Гиляне в 1629 г. "Ученые записки Института востоковедения". Т. III. 1951, стр. 225 - 256. 6 См. "The early Years of Shah Ismail, founder of the Safavi Dynasty", by E. D. Ross. IRAS. 1896, p. 23 (перс. текст); Хасанбек румлу. Ахсан-ат-таварих. Т. I. Барода. 1931, стр. 35; Хондемир Гияс ад-дин. Хабиб ас-сийар. Т. 4. Тегеран. 1954, стр. 452. 7 См. "История Ирана с древнейших времен до конца XVIII в.". Л. 1958, стр. 254. 8 Хондемир Гияс ад-дин. Указ. соч., стр. 492; Шереф-хан бидлиси, Шереф-наме. Т. II, стр. 145, 146. стр. 148 довательно, уже дальновидный Исмаил делал попытку ослабить, кочевую знать, однако это ему не удалось. При преемниках Исмаила это тем более было невозможно. В результате к 80-м годам XVI в. держава Сефевидов практически распалась на ряд владений. По словам современника Шереф-хана бидлиси, семь крупнейших кызылбашских эмиров разделили между собой государство9 . Реформа же Аббаса I привела не "к вытеснению азербайджанского элемента" в государстве и замене его иранским, а к уравнению с кызылбашской знатью знати других племен, созданию новой знати из числа гулямов, усилению влияния духовенства и оседлой землевладельческой знати. Об этом красноречиво свидетельствует второй список эмиров Искандера Мунши, относящийся к 1628 г., в котором, кстати говоря, нет ни одного иранца10 . В оценке природы Сефевидского государства справедливее согласиться с авторами "Истории Ирана с древнейших времен", которые рассматривают Сефевидское государство как "конгломерат разных племен и народностей, связанных завоеванием, какими были прежние государственные образования на территории Ирана"11 . Если вопросам государства в рецензируемом труде уделено значительное внимание, то этого нельзя сказать о праве. Необходимо было хотя бы в общих чертах дать характеристику мусульманского права, которое, несмотря на свою косность, претерпело за период средневековья некоторые изменения, как под влиянием государственных постановлений, так и под воздействием обычного права - адатов. Следовало бы более основательно остановиться на мусульманстве и его влиянии на общественную и культурную жизнь страны. Позднее средневековье было для Азербайджана периодом установления и неуклонного роста экономических и политических связей с Россией. Этот процесс освещен и в "Истории Азербайджана". Подробно прослежены русско-ширванские отношения в XV в. (стр. 206 - 207). Приведены данные о русско-азербайджанской торговле XVI в. (стр. 245 - 247). Большое внимание уделено развитию политических связей России с ханствами Азербайджана во второй половине XVIII в., сыгравших известную роль для усиления русской ориентации в Азербайджане. Несколько менее разработаны экономические связи Азербайджана с Россией в XVIII веке. Для разработки этого вопроса необходимо использовать богатые материалы архивов Москвы, Ленинграда, Астрахани. В последнее время азербайджанские историки начинают широко привлекать их. Желательно было бы использовать данные об усилении тяготения к России в XVIII в. ремесленников, купечества и отчасти крестьянства Азербайджана, объяснить причины этого тяготения. Вместе с тем следует показать непоследовательную, двойственную политику большинства азербайджанских ханов, которые стремились использовать русскую помощь для борьбы со своими феодальными противниками. Наконец, следовало бы большее внимание уделить взаимосвязям - экономическим, политическим и культурным - между азербайджанским и другими народами Закавказья. Наряду с приведенными данными в книге можно было бы показать тесные экономические связи между Азербайджаном и Арменией, о чем, в частности, свидетельствует наличие значительного армянского торгово-ремесленного населения в средневековом Азербайджане. Можно было бы полнее отразить совместную борьбу угнетенных масс народов Закавказья против "своих" и чужих феодалов. Так, упоминая о восстании 1614 г. в Ширване (стр. 275), можно отметить, что восставшие ширванские райаты действовали в тесном контакте с повстанцами Восточной Грузии12 . Большое внимание уделено в книге вопросам культуры. Авторы показали, что азербайджанский народ внес значительный вклад в мировую культуру. Во всех разделах тома приведены многочисленные данные о поэтах, ученых, художниках, которые занимают почетное место среди крупнейших деятелей мировой культуры. Они оказали значительное влияние на развитие культуры в Иране, Турции, арабских странах и сами, в свою очередь, восприняли то лучшее, что было создано представителями культуры других народов. В томе имеются некоторые мелкие недочеты и погрешности. Например, на стр. 95 есть такая фраза: "...у Табари хазары на- 9 Шереф-хан бидлиси. Шереф-наме. Т. II, стр. 255 - 256. 10 Искандер-бек туркеман Мунши. Тарих-е алам арай-е Аббаси. Тегеран. 1314 г. х., стр. 761 - 764. 11 "История Ирана с древнейших времен до конца XVIII в.", стр. 255. 12 См. Искандер Мунши. Тарих-е алам арай-е Аббаси. Тегеран. 1956 - 1957, стр. 888 - 913; А. П. Новосельцев, Указ. соч., стр. 240 - 242. стр. 149 зываются "тюрками"". Поскольку речь идет о IV в. н. э., то следует уточнить, что в то время никаких хазар не было, а у Табари идет речь о гуннских племенах, часть которых была тюркского происхождения. На стр. 188 и других даны ссылки на некоего Казвини. Подобные ссылки ничего не говорят, ибо ученых с этой нисбой было много. Очевидно, здесь имеется в виду космограф XIV в. Хамдаллах Казвини. На стр. 239 Ардебиль и его область отнесены к категории земель хассе (шахский домен). Между тем Ардебиль был включен в хассе лишь при Аббасе II (1642 - 1667 гг.)13 . На стр. 246 непонятно, на основании, каких источников говорится о сношениях Сефевидов с Францией в XVI веке. Насколько нам известно, сношения Ирана с Францией начались лишь в XVII веке. Резюмируя все вышесказанное, необходимо отметить, что наши замечания ни в коей мере не умаляют значения первого опыта создания сводной работы по истории Азербайджана до XIX века. Появление первого тома "Истории Азербайджана" с интересом встречено широкими кругами читателей. Наличие же некоторых недостатков свидетельствует о том, что ряд вопросов истории азербайджанского народа требует дополнительной разработки с более полным привлечением и изучением источников и литературы. 13 См. Мухамед Тахир Вахид. Аббас-наме. Арак. 1951, стр. 216.






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2020. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Разместить рекламу на сайте elib.org.ua (контакты, прайс)