ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


(мы переехали!) Ukrainian flag (little) ELIBRARY.COM.UA - Украинская библиотека №1

Философия культуры о.Павла Флоренского

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 25 февраля 2005
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




Философия культуры о.Павла Флоренского
Преамбула. Поскольку лекция будет посвящена рассмотрению взглядов на сущность культуры русского философа, богослова, искусствоведа, математика, физика о.П.А.Флоренского, не лишним будет начать со знакомства с его идеями относительно лекции как жанра. В наше время лекция - жанр вымирающий: в американских университетах от нее давно и окончательно отказались, т.к. всю возможную информацию по любому вопросу студент может почерпнуть в Интернете; в отечественных вузах материал любой (почти любой) лекции можно найти в литературе, чаще всего - в учебнике. Аргументом современного отечественного лектора в пользу необходимости сохранения лекции обычно является утверждение о том, что он (лектор) синтезирует в процессе подготовки к лекции материал из множества источников, недоступных студенту. Однако, в современном университете и при развитии современных средств хранения и получения информации,- все источники должны быть (теоретически) доступны. Своеобразную аргументацию и определение лекции как жанра дает о.Павел в своей работе «Первые шаги философии». По его мнению, лекция - это особый род словесного произведения дидактического характера. Отношения учебника к курсу лекций философ приравнивает к отношению механизма и организма. Лекция, при ее продуманности и построенности, все-таки не укладывается полностью в некоторую рациональную формулу, но существует, подобно живому существу. По словам Флоренского, можно было бы назвать идеальную лекцию «родом собеседования, родом беседы в среде духовно-близких друг к другу лиц. Лекция - это не проезд на электрическом трамвае, неуклонно влекущем нас вперед по заранее настланным рельсам и доставляющем скорейшим образом к цели, а прогулка пешком, экскурсия,- правда, с определенным конечным пунктом или, скорее, с определенным общим направлением пути, но без предъявляемого требования прийти и только прийти к нему, и притом по определенной дороге»1. Флоренский, далее, продолжая уподобление лекции прогулке, утверждает, что для гуляющего главное - идти, а не прийти, подобно тому, как гуляют для того, чтоб дышать чистым воздухом и наслаждаться видами, а не для того, чтоб как можно быстрее достигнуть цели путешествия; подобно этому - «и существо лекции - непосредственная н а у ч н а я жизнь, совместное со студентами р а з м ы ш л е н и е о предметах науки, а не изнесение из запасов кабинетной учености готовых, отлившихся в стереотипную форму выводов»2. Лекция, по мнению русского философа, это - процесс посвящения студентов в научную работу, приобщение их к научному творчеству, род наглядного и даже экспериментального научения методам работы, а не только одна передача «истин» науки в ее настоящем состоянии. В чем же, по мнению Флоренского, будет состоять специфика лекции, как жанра?

Прежде всего, это пристальный интерес и внимание к мелочам, к деталям, прогулка как бы с увеличительным стеклом.
Вторая черта лекции уже упоминалась - это не столько научение определенному количеству фактов, сколько привитие вкуса к научной работе, «дрожжи интеллектуальной деятельности»3
Вышеизложенное влечет за собой вопрос: а не будет ли лекция записанная contradictio in adjecto? Ведь если лекция - непосредственное творчество, то можно ли ее запечатлеть на бумаге, и, будучи напечатанная, не испаряется ли лекция, не исчезает ли самый ее дух? По мнению Флоренского,- нет. Мимолетное может быть запечатлено и остановлено в потоке времени, подобно нарисованному лепестку или записанному звуку голоса.
И, наконец, Флоренский считает, что суждения, высказываемые в лекции, могут быть более определенными, если угодно, пристрастными, чем то допустимо в учебнике - индивидуальность лектора не может не проявиться и в этом.
Я считаю такую методологию подготовки и чтения лекций наиболее близкой к моим собственным представлениям об этом древнем жанре, данную лекцию очень хотелось бы построить по аналогичному принципу.

1Флоренский П.А. Первые шаги философии. Соч. в 4 тт. Т.2, стр.63.
2Там же, стр.64.
3Там же, стр.65.

Литература:

Флоренский П.А. Первые шаги философии. Сочинения в 4 тт. Т.2,: М.: «Мысль», 1996.
Флоренский П.А. Анализ пространственности и времени в художественно-изобразительных произведениях. Курс лекций, прочитанных во ВХУТЕМАСе. М.: «Прогресс», 1993.

1 вопрос. Личность и творчество о. Павла Флоренского.

Отнюдь не любая философская или культурологическая теория с необходимостью требует знакомства с биографией ее автора. Конечно, такие сведения во многом дополняют картину философского творчества мыслителя, однако, кардинально изменить ее не способны, как и радикально способствовать ее пониманию и осмыслению. Теоретическое мышление является самодостаточным и не нуждается в жизни как в аргументе. Русская философская традиция, к которой принадлежит и Флоренский, относится к иному типу философствования, где жизнь мыслителя, вернее, его «житие», становится важнейшим аргументом в его философском творчестве, и часто невозможно адекватно представить себе философскую систему без знания обстоятельств жизненного пути автора. Часто русскую религиозную философию упрекают за ее теоретическую неоформленность, несистематичность, за сам ее религиозный характер; однако, эта удивительная «открытость» русских философских миров составляет уникальную ценность отечественной мысли: человек в ней не только и не столько субъект познания, Декартово «cogito», сколько удивительное единство духа, души и тела, носитель живого религиозного, философского и жизненного опыта, слитых воедино. О.Павел Флоренский, на защите своей магистерской диссертации «О духовной истине» в Москве в 1914 г. высказался по этому поводу следующим образом: «Довольно философствовали над религией и о религии (...) надо философствовать в религии, окунувшись в ее среду»4. Поэтому, многое во взглядах русского мыслителя станет понятным только при знакомстве с обстоятельствами его жизни. В настоящее время изданы его воспоминания «Детям моим», а так же обширный том «Флоренский: pro et contra», содержащий как воспоминания современников о философе, так и критические статьи о его философском творчестве. При рассмотрении биографии Флоренского особенно важными, «экзистенциальными» представляются следующие факты:

необыкновенная для XX века, века специалистов, многогранность личности Флоренского: недаром его, бывшего и священником, и философом, и богословом, и лингвистом, и искусствоведом, и математиком, и физиком - называли Леонардо да Винчи ХХ столетия; его философский символизм во многом опирался на эту многосторонность его гениальной личности: Ницше в свое время высказался о том, что истинное знание возможно лишь тогда, когда все существующие субъекты выскажут свое мнение о чем-либо, когда будут известны все возможные точки зрения на предмет; Флоренский же считал, что целостную картину мироздания можно создать, только проинтерпретировав все культурные и природные феномены, являющиеся символами высшей Истины;
тот выбор, который совершил Флоренский после революции 1917 г. и который другой русский мыслитель С.Н.Булгаков назвал «выбором между Парижем и Соловками». Флоренский выбрал, как оказалось позднее,- Соловки, оставшись в России;
«принципиальное», если можно так сказать, священство Флоренского: в своем завещании детям о.Павел писал о том, что, по его мнению, необходимо, чтоб в их семье всегда был хотя бы один священник, причем, как и он сам, священник для себя, т.е. «ради службы Божией, имеющий ремеслом что-нибудь особое»5.
4Флоренский П.А. Столп и утверждение истины. Соч. в 2 тт. Т.1, кн.2. стр.824
5Флоренский П.А. Детям моим, стр. 441.

Литература:

Флоренский П.А. Детям моим. М.: Московский рабочий, 1992.
Флоренский: pro et contra. СПб.: Издательство Русского Христианского гуманитарного университета, 1996.

2 вопрос. Культурный символизм о.П.Флоренского.

Признавая величайшую ценность культуры, Флоренский, тем не менее, считал, что эта ценность не заключена в самой культуре: «Всякая культура представляет целевую и крепко связанную систему средств к осуществлению и раскрытию некоторой ценности, принимаемой за основную и безусловную, т.е. служит некоторому предмету веры»6. Иначе говоря, весь мир культуры, впрочем, как и природный мир, глубоко символичен. Культура, по мысли Флоренского, не представляет из себя первичного и самодовлеющего мира ценностей. В пределах самой культуры не существует критериев выбора. Нельзя, оставаясь в рамках культуры, принимать одно и отвергать другое. Для определения ценностей надо выйти за пределы культуры и найти критерий, высший по отношению к ней, ибо, оставаясь в рамках культуры, мы вынуждены принимать ее всю целиком и должны тогда обожествить ее и считать критерием всякой ценности, а в ней обожествить себя как деятелей и носителей культуры. Такой подход для Флоренского был неприемлем,- русский мыслитель считал, что в самой культуре существуют, постоянно сменяя друг друга, два неравноценных типа: средневековый и ренессансный.

Первый из них характеризуется собственно символическим характером, т.е., по Флоренскому, культура средневекового типа призвана олицетворить, выразить высшую ценность, абсолютную истину, она созерцательна и органична, ее примерами, кроме собственно европейского средневековья, являются древнеегипетская культура и культура эллинской классики. Этому типу культуры соответствует и особый тип личности, названный Флоренским псевдоэпиграфом (в литературе - произведение, в котором свое выдают за чужое). Переходя от произведений к их творцам и далее - к людям вообще, Флоренский говорит, что люди, принадлежащие к данному типу культуры, сосредоточены на находящейся вне их истине. Их мало интересует, чья именно истина, и далее, углубляющееся сознание приходит к мысли о том, что истина вообще не может быть чьей-то, но является сознанием соборным. Так возникает псевдоэпиграф, т.е. условное отнесение познания к любому лицу,- только не к себе; так возникает и нравственная спутница псевдоэпиграфа - скромность.
Другой тип - ренессансный, характеризуется прежде всего механически деятельностным характером, полным погружением во внешний мир, этому культурному типу соответствует личность - плагиат, появляющаяся там, где сосредоточением внимания бывает «я», истина неизбежно делается одним из средств к процветанию «я», одним из его украшений. Важным для таком личности становится не то, что нечто - истина, а то что оно - моя истина. Если ударение поставлено на моя, то и далее неизбежно стремление выдавать всякую истину за свою.
Флоренский делает удивительный вывод из такой типизации всего культурного процесса. По его мнению, и связь между эпохами осуществляется не непосредственно, а - через одну: эпохи средневековые (или, как философ еще называет их - ночные) связаны между собой непосредственно, хотя они и разделены эпохами ренессансного типа (дневными). Так, по его мысли, существует непосредственная связь между Древним Египтом, классической Грецией, Европейским средневековьем, с одной стороны, и - между Крито-Микенской культурой, эллинизмом, Возрождением - с другой. Ночные и дневные культуры существуют как бы параллельно, осуществляя в человеческой истории два различных проэкта, давая жизнь и воспитывая два типа личностей: псевдоэпиграфов и плагиатов.
Создавая подобную классификацию, о.Павел, как мне видится, чрезмерно категоричен, полностью разделяя непосредственно следующие друг за другом эпохи, тем более, что в разных местах своих сочинений он утверждает, что символизм - это всеобщая черта культуры, несимволичной культуры быть не может, однако, определенный и весьма ощутимый ритм в смене культурный эпох существует, и эта пульсация чутко уловлена русским мыслителем.

6Флоренский П.А. Автореферат Вопросы философии, 1988, №12, стр.114.

Литература:

Флоренский П.А Автореферат. Вопросы философии, 1988, №12.
Флоренский П.А. Памяти Федора Дмитриевича Самарина. Сочинения в 4 тт. Т 2.
Хоружий С.С. Философский символизм Флоренского и его жизненные истоки. После перерыва. Пути Руссой философии. СПб.: Алетейя. 1994.

3 вопрос. Уровни символического познания и творчества в сфере культуры.

Флоренский в великом множестве культурных феноменов выделяет три как бы пограничных области, где символический характер культуры наиболее очевиден. Это сновидения, искусство и культ.

На уровне стремления к истине индивидуальной души Флоренский указывает на сновидения, которые существуют на границе двух миров. О.Павел различает два вида сновидений - вечерние и предутренние: первые носят по преимуществу психофизиологический характер - отражают впечатления, накопившиеся в душе за день. Это как бы сброшенные одежды души, некая «шелуха» ее; вторые - мистичны, т.к. являются душе, наполненной ночным сознанием, обогащенной опытом посещения небесных сфер. Первые возникают при восхождении души от дольнего мира к горнему и являются образами и символами только что оставленного мира; вторые - символом небесных видений. Подобный процесс, по мысли Флоренского, происходит при любом переходе из сферы в сферу, а символика восходящих и нисходящих образов приобретает в культурологии Флоренского всеобщий характер.
В частности, и в художественном творчестве, когда душа возносится в мир горний, и, наполненная знанием непреходящих истин, возвращается назад. Здесь ее духовный опыт облекается в символические образы, которые, будучи закрепленными в той или иной материализованной форме, являют художественное произведение. Соответственно, и в искусстве мыслителем различаются два типа образов. Образы восхождения из дольнего в горнее - это «накипь души», художник заблуждается, художник заблуждается, когда принимает их за истинные откровения и стремится фиксировать в своем творчестве. Это, как отмечает Флоренский, та самая духовная «прелесть», о которой говорили и с которой боролись монахи-отшельники, и которая возникает на границе земного и духовного миров, когда человек рискует заняться духовным восхождением на свой страх и риск. Напротив, «образы нисхождения» - это выкристаллизовавшийся на границе миров опыт мистической жизни - именно он должен, как это видится нашему философу, лежать в основе истинного искусства. В культурологии Флоренского «восхождение» практически утрачивает свое эстетическое и нравственное значение. Художественная деятельность по созданию «образов восхождения» способна создать, по Флоренскому, лишь пустое подобие повседневной жизни, в рамках этой деятельности возникают такие художественные тенденции, как натурализм и иллюзионизм, известные нам больше под названием реализма (под этим термином Флоренский разумеет совсем иное, отпуская язвительное замечание: «Ну кто же из нас не хочет прослыть разумным и реалистом?»). Напротив, художественная деятельность «нисхождения» - символизм - это воплощение в образах истинного духовного опыта. Только такое искусство выражает, по мысли Флоренского Истину; именно оно поистине реалистично. К такой художественной практике философ относит прежде всего древнюю византийскую и русскую живопись, точнее - иконопись. Так как символ и символизируемое, по Флоренскому,- одно, то икона является у него доказательством бытия Божьего: «Если есть «Троица» Рублева, то Бог существует», - вот теодицея от Флоренского.
Западноевропейское религиозное искусство, особенно начиная с эпохи Возрождения, Флоренский считал ложным, остановившимся на пустой оболочке вещей, находящимся в рабстве у мира. Символом этого рабства, по его мнению, являются сами атрибуты этого искусства: упруго-податливый, пассивный холст и жирные, также пассивные в своих мазках, инертные масляные краски, способные передать плоть, но не дух. Особенное внимание о.Павел уделял теории перспективы. По его мнению, прямая перспектива, использовавшаяся в возрожденческой живописи, помещает центральную точку, из которой исходят все линии, внутри картины, тем самым, замыкая бытие на себе самом, обожествляя мир и делая его самодостаточным. Категоричность такой оценки очевидна: искусство Возрождения, как это видится сегодня, конечно, не ограничивается имитацией, однако, от него тянутся нити к натурализму XIX и ХХ веков, к ненужному удвоению, дублированию действительности. Пристрастность о.Павла здесь очевидна, но, она проистекает не только из сильнейшего влияния византийской и древнерусской иконописной традиции на мировосприятие мыслителя, но и ведет также к признанию и высокой оценке русского и европейского авангарда начала ХХ века. На самом деле, западно-европейское эстетическое сознание, пройдя сложнейший путь развития со времени Ренессанса, ощутило тоску по абсолютной духовности и попыталось вернуться к ней в ХХ веке.

Литература:

Флоренский П.А. Иконостас. Сочинения в 4 тт. Т2.
Флоренский П.А. Анализ пространственности и времени в художественно - изобразительных произведениях. М.: Прогресс, 1993.

4 вопрос. Философия культа и философия культуры.

Искусство в целом осмысливается о.Павлом как одна из достаточно совершенных форм человеческой деятельности, как «ближайший пример» более высокой деятельности, более творческого искусства - теургии. Теургия (или феургия) - «искусство Богоделания» - понимается русским мыслителем как величайшая и важнейшая задача человеческой жизни, как путь, на которой сливаются искусство, познание, само бытие человека. Целью здесь становится достижение целостности человеческого существования, величайшего синтеза всех форм человеческой деятельности. Различая, в общем, три основных вида человеческой деятельности: практическую, теоретическую и литургическую, Флоренский явно отдает предпочтение последней, как наиболее полной и совершенной. Первая из них производит вещи, вторая - теории, третья - святыни.

Неким переходным моментом от художественной к литургической деятельности будет, в этой системе, иконопись, «умозрение в красках». Икона, по мысли Флоренского, всегда будет или больше или меньше самой себя: больше картины, изображения, ибо это символ иного мира, высшей истины, не она дана нам, а мы предстоим перед ней; и меньше - так как чисто живописные задачи подчинены в ней духовному постижению, откровению высшей истины,- именно поэтому, Флоренский категорически утверждает, что, в принципе, икону можно свести к бумажке с надписью имени Святого - икона есть имя. Высшим же проявлением культурной деятельности будет, по его мнению, Богослужение - синтез искусств и синтез человеческой деятельности как таковой.

Литература:

Флоренский П.А. Иконостас. Сочинения в 4 тт. Т2.
Флоренский П.А. Храмовое действо как синтез искусств. Там же.
Флоренский П.А. Троице-Сергиева Лавра и Россия. Там же.
Флоренский П.А. Моленные иконы Преподобного Сергия. Там же.
Флоренский П.А. Обратная перспектива. СПб.: Русская книга, 1993.
Философия русского религиозного искусства XVI — XX века. Антология. М.: Прогресс, 1993.






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2020. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Разместить рекламу на сайте elib.org.ua (контакты, прайс)