ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


Новинка! Ukrainian flag (little) ELIBRARY.COM.UA - Украинская библиотека №1

СПОНСОРЫ РУБРИКИ:


Социология и психология филателии. Мысли об общем и частном

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 17 февраля 2015
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




"Коллекция НГ" начинает публикацию теоретической статьи нашего постоянного автора Андрея Вадимовича Стрыгина. Андрей Вадимович - доктор экономических наук, профессор, долгие годы отдающий свободное время филателии. Член АСКАТ (Международной ассоциации издателей филателистической литературы), АИЖП (Международной ассоциации журналистов-филателистов) и ИФСДА (Международной федерации национальных ассоциаций филателистических дилеров), учредитель и бессменный шеф-редактор журнала "Мир марок", недавно получивший Большую бронзовую медаль на Всемирной филателистической выставке "ФИЛЭКСФРАНС-99" в Париже.

Неувлеxченных в мире нет людей. Каждый чем-то увлечен, чем-то заинтересован, к чему-то имеет склонность, пристрастие. Страсть к накопительству денег, драгоценностей понятна, но незавидна: "скопидом", как и скопец, лишен радости жизни. Иное дело влечение к живописи, кино, театру. Стремление собрать дома любимые предметы, пусть небольшое количество, не отличающиеся высокой стоимостью, но душевно близкие, дорогие, которые хочется показать близким, поговорить о них с друзьями. Они создают уют, поддерживают то, что англичане называют "домашним очагом". И здесь пролегает незримая граница между тягой к чему-то неосознанно нужному и важному и четко определенной страсти, получившей название собирательство, коллекционирование.

Попробуем разобраться в сущности этого универсального во все времена и для всех народов явления, найти корни и выявить суть того, что некоторые склонны считать чудачеством, а другие, возводя в абсолют, отрицают иные радости жизни.

КОЛЛЕКЦИОНЕРЫ - СЧАСТЛИВЫЕ ЛЮДИ

Этот афоризм Гете, собравшего у себя дома на Фрауэрштрассе в Ваймаре различные естественнонаучные и художественные коллекции, как нельзя более точно и емко передает сущность природы коллекционирования, определенного энциклопедическим словарем как "систематизированное собирание однородных предметов, предоставляющих научный, художественный, литературный и т.п. интерес".

Если бы не емкое энциклопедическое "т.п.", то детские собирания фантиков, оберток от жевательной резинки, самоклеящихся наклеек-картинок с диснеевскими персонажами или с неослабевающим интересом подбираемые и систематизируемые серьезными взрослыми карманные календарики, спичечные или пивные этикетки никогда бы не подошли ни под категорию коллекции, ни под понятие коллекционирования, определяющим для которого является ИНТЕРЕС.

Именно в интересе и кроется привлекательность собирательства как такового, вне зависимости, что собирается: марки, монеты, картины, винные бутылки или старинные автомобили. Интерес здесь выступает главным и определяющим моментом и для одного коллекционера, который испытывает подлинное, ни с чем не сравнимое счастье, найдя в конце концов недостающий предмет, который с гордостью может поместить в свою годами собираемую коллекцию. И по отношению общества значимость, ценность коллекции также определяются интересом, проявляемым его членами к конкретному собранию. За примерами далеко ходить не следует - достаточно вспомнить историю художественных собраний Третьяковых, Морозовых, Щукиных.

Значит, в коллекционировании незримо сливаются как психологические мотивы поведения отдельных людей, так и социологические особенности и закономерности этого общественного явления.

О значении коллекционирования в общественной жизни и в развитии личности говорили и писали известные люди. Так, например, Иван Павлов приводил в пример коллекционирование как ярчайшее проявление инстинкта стремления к достижению цели (в самом деле стремление собрать воедино разрозненные предметы, имеющие однородные признаки); Альберт Эйнштейн подчеркивал, что коллекционирование и, в частности, филателия - это прекрасная форма активного отдыха, когда человек интеллектуального труда, отвлекаясь от повседневного процесса напряженных размышлений и уходя с головой в альбом с марками, переключается на иной лад творческого мысленного обобщения и систематизации находящегося перед его глазами.

В более юмористической форме социально-психологическую сущность коллекционирования передала шведская писательница Туве Янссон в известных сказочных повестях о Муми-троллях, когда один из персонажей скандинавского фольклора - Хемуль, собрав в своем альбоме все-все почтовые марки, вдруг погрустнел и заскучал, поскольку собирать ему оказалось больше нечего...

Не вдаваясь в поиски гносеологических корней и социально-психологической сущности коллекционирования почтовых марок, польские врачи в шестидесятые годы обратили внимание своих зарубежных коллег на доказанные многолетней практикой многочисленные случаи более быстрой и успешной реабилитации детей, перенесших серьезные операции, когда в послеоперационный период их вовлекали в собирание марок. Одновременно с этим немецкие педагоги, подметив, что школьники, увлекающиеся собиранием почтовых марок, делают значительно большие по сравнению со своими одноклассниками успехи в изучении истории и географии, ввели в качестве факультативных занятий филателию в учебные программы начальной и средней школы.

ПОЧЕМУ ФИЛАТЕЛИЯ?

Как-то само по себе получилось, что, начав говорить о коллекционировании и сопряженных с ним психологических и социологических особенностях, я переключился с собирания вообще на более конкретную сферу - филателию. И дело здесь не только в том, что, сам будучи филателистом, я, естественно, и предмет знаю лучше по сравнению, скажем, с нумизматикой или фалеристикой - коллекционированием значков; и сам по себе он мне ближе. Помимо этих субъективных моментов есть и куда более весомые, объективные факты. Вот о них-то теперь и стоит сказать, тем более что далее свои размышления о психологии и социологии коллекционирования я поведу именно на примере филателии.

Начнем с того, что почти каждый из нас в детстве прошел через "марочную заразу", так или иначе соприкасаясь с собиранием почтовых марок. Одни, глядя на одноклассников, "как все", стали собирать марки, других в филателию пытались втянуть "продвинутые" родители, видя за альбомом чисто меркантильные интересы - лучшую успеваемость и усвояемость в школе, ограду от дурной компании и т.д. Кроме того, марки оказывались намного доступнее и экономически эффективнее (ведь нередко гашеные марки можно было получить бесплатно, отмочив их от конверта) по сравнению с другими предметами коллекционирования.

Именно детская, молодежная филателия благодаря своей массовости послужила основой того, что, проведя некоторые аналитические исследования, ООН опубликовала статистику, по которой выходит, что филателия сегодня - это самая распространенная область коллекционирования в мире; а каждый пятнадцатый житель Земли (включая эпизодически увлеченного школьника) - это филателист, собирающий почтовые марки.

Далее многолетние педагогические эксперименты в различных странах Западной Европы привели к тому, что филателия как активизирующее любознательность, дисциплинирующее внимание и поощряющее аккуратность занятие в качестве обязательного воспитательного элемента включена в программы начальных и средних школ.

Немаловажным фактором, выступающим в пользу принятия в качестве отправной точки филателии, выступает развитость ее общественно доступной инфраструктуры.

За более чем полуторавековой период существования почтовой марки и примерно такой же период признания филателии как самостоятельного вида коллекционирования, в мире оформился ряд национальных и международных коммерческих и общественных структур, определивших собирание марок как социально значимое явление.

Начнем с того, что по мере охвата мира "маркоманией" - от фр. "тэмброанией" (а именно так первоначально именовалась филателия, имеющая в своей основе не французское, а греческое лингвистическое происхождение, что заставляло О.Фаберже - сына последнего главы известной ювелирной фирмы, страстно преданного собиранию марок, при каждом удобном случае подчеркивать: по-русски правильно говорить "филатЕлия", а не "филателИя", как это принято у нас, с оглядкой на якобы французские корни термина) - и создания клубов, кружков и обществ филателистов во всех странах дело дошло до того, что в 1926 году в Париже представители мировой филателистической общественности учредили ФИП - Международную федерацию филателии, сыгравшую впоследствии ключевую роль в организации и проведении всевозможных филателистических выставок, ярмарок и смотров.

Значительно позже, в начале 60-х годов, оформились две другие международные филателистические организации - это ИФСДА - Международная федерация национальных ассоциаций филателистических дилеров и АИЖП - Международная ассоциация журналистов, пишущих на филателистические темы. И, наконец, в 1975 году возникла еще одна профессиональная филателистическая организация - АСКАТ - Международная ассоциация издателей каталогов и филателистической литературы.

Помимо этих чисто филателистических организаций нельзя не отметить еще одну, старейшую, отмечающую в этом году свой 125-летний юбилей, международную организацию ВПС, Всемирный почтовый союз, являющийся, как известно, с 1946 года специализированным учреждением ООН и поддерживающий самые тесные контакты с мировой филателистической общественностью и профессиональной коммерческой филателией. Более того, с целью упорядочения и активизации подобных контактов, в 1997 году ВПС выступил с инициативой учреждения Всемирной ассоциации развития филателии, включившей в контактную группу представителей самого ВПС, а также ФМП, ИФСДА, АСКАТ и АИЖП.

Таким образом, налицо не только наличие универсального международного хобби - коллекционирования почтовых марок, но и сформированная инфраструктура, оказывающая регулирующие воздействия как на отдельных филателистов, так и их союзы и объединения. Все это позволяет без дополнительных слов перейти к постановке вопроса изучения социологии филателии.

СОЦИОЛОГИЯ ФИЛАТЕЛИИ

Развитие научной социологии у нас в стране знало немало полярных ситуаций: то эта наука бурно развивалась, то провозглашалась псевдоучением, обслуживающим буржуазную идеологию, а то вновь входила в моду, притягивая к себе отнюдь не социологические категории. Но как бы то ни было, о социологии филателии речи никогда не заходило. Почему?

Думается, по целому ряду причин. Во-первых, стоит вспомнить, что и сама филателия в нашей стране то объявлялась полезным пролетарским занятием, помогающим языком почтовой марки проводить линию компартии, то вдруг становилась поборницей международного шпионажа (филателисты постоянно состоят в переписке с зарубежными собратьями по увлечению), а то вдруг опять коллекционирование марок попадает в поле зрения идеологов-коммунистов с целью приобщения широких масс к идеям марксизма-ленинизма.

Во-вторых, несмотря на периоды "фавора", филателия в общественном мнении расценивалась как какое-то чудачество: ею занимались либо в детстве, либо на пенсии. Ну еще разве что в кино - достаточно вспомнить главного героя известного в начале 60-х годов фильма "Карьера Димы Горина", бывшего городского увальня- бухгалтера, вечерами рассматривавшего альбом с марками и ставшего "Человеком", лишь когда бросил прежнюю жизнь. Так что увлечение марками аппаратчиками тщательно скрывалось, чтобы сохранить определенный стереотип "положительного героя". И более того, рассказы об увлечении филателией Литвинова или Молотова стали достоянием слухов, когда оба госдеятеля оказались давно не у дел. Что же касается брежневского окружения, где также проявлялся серьезный интерес к коллекционированию, то практически никто из аппаратчиков тех лет не признается в своей "слабости", хотя некоторые из них и сегодня в активной политике, и признание в подобной человеческой слабости могло бы принести им дополнительные очки.

В-третьих, отбросив два предыдущих мотива и настроившись на чисто прагматический лад, стоит вспомнить, что на протяжении долгого времени, да и сейчас, филателия рассматривается скорее как вспомогательная историковедческая дисциплина, как источниковедение, что также возводило определенные рамки рассмотрения ее социальной значимости.

И, наконец, пропагандисты от филателии через доступные им каналы (в печати, по радио или телевидению) время от времени методично-менторски повторяли, что собирать марки полезно, поскольку это занятие расширяет кругозор, приобщает к новым знаниям, концентрирует внимание, терпение, вырабатывает и развивает такие замечательные качества, как аккуратность и усидчивость. Оттого за внешней завесой добропорядочности трудно было разглядеть поведенческие аспекты филателии, которые явственно вырисовывались в разные периоды современной отечественной истории с различными акцентами, свойственными для общественной жизни того или иного периода.

Чтобы быть убедительным, приведу несколько ярких примеров.

После окончательной послевоенной "легализации" филателии как мощной формы "коммунистического воспитания масс", создания, а точнее, воссоздания общественной структуры в лице кружков, клубов и, наконец, в 1966 году - Всесоюзного Общества Филателистов (ВОФ), подведомственного идеологическому отделу ЦК КПСС, в стране началась активная пропагандистская работа по культивации тематического коллекционирования, когда, подбирая определенным образом марки, сюжетно связанные с определенными событиями или объектами, создавалось как бы "иллюстрированное сочинение", в котором языком почтовой миниатюры шел рассказ о чем-то или ком-то. Естественно, что темами номер один в те времена объявлены были "Лениниана", "Великая Отечественная война" и "Страницы истории советской космонавтики". Именно подобным коллекциям всегда отдавалось наивысшее внимание и присуждались на национальном уровне высшие выставочные награды. Хотя немало интересного с филателистической точки зрения присутствовало и в других тематических коллекциях.

Поощрялись явно идеологизированные филателистические темы Минсвязью, выпускавшей ежегодно очередные ленинские, партийные и общественно значимые марки, маркированные карточки и конверты. А в провинциальных эшелонах власти стало признаком хорошего тона "пробивать" в соответствующих инстанциях эмиссии к столько- то-летию республиканской компартии или юбилею советских пожарников.

Справедливости ради надо отметить, что широко любимые "флора", "фауна", "живопись" и некоторые другие популярные в стране и за рубежом темы ежегодно пополнялись новыми советскими марками, но путь их к коллекционерам был тернист и долог. Доходило иной раз до абсурда, как, например, с "кошками" и "собаками". Последним везло больше, поскольку служебное и охотничье собаководство - дело серьезное, а вот выпускать кошек на марках, по мнению чиновников из идеологических недр ЦК КПСС - несерьезно. В результате первые отечественные "кошачьи марки" появились лишь в середине девяностых...

Регламентированием "что и как выпускать" или "собирать" не ограничивалась советско-брежневская филателия. Основной задачей организованных филателистов считалась массовость: чем больше кружков, чем больше в них членов, чем больше организовано и проведено выставок - тем лучше. Значит, чтобы обеспечить массовость советской филателии, необходимо было наладить механизм прилива все новых и новых коллекционеров в "организованные филателисты". И здесь прекрасным стимулом "массовости" стал дефицит. Механизм дефицита известен всем, включая чиновников от филателии и почты, которые, объединив свои усилия в середине семидесятых и предприняв мозговую атаку, изобрели ежегодный выпуск малотиражных блоков, имевших для убедительности порядковый номер. Приобрести подобные "номерные блоки", как их сразу же окрестили филателисты, по номинальной цене можно было лишь членам ВОФ (по одному в руки с записью в членском билете факта "отоваривания"). Смекнув, в чем тут дело, советские страдальцы от филателии стали записывать членами ВОФ жен, детей, тещ и даже сердобольных соседей. Тем более что годовые взносы в размере двух с полтиной оказывались не такой уж обременительной суммой по сравнению с переплатой спекулянтам за вожделенные "номерные блоки". В итоге довольными оказались все: и рядовые коллекционеры (зачем, правда, им по нескольку одинаковых блоков при их сравнительно больших тиражах, подобным вопросом, обычно, не задавались), и функционеры-вофовцы, повысившие численность организованных филателистов со всеми вытекающими из этого поощрениями от высоких административно-партийных инстанций.

Пример гротескно-наглядно показывает весь механизм социальной манипуляции поведением коллекционеров при извращении сущности филателии. Естественно, попади подобный материал в свое время в руки профессионала- социолога - скандал был бы колоссальным. Но только не следует забывать, что и социология в те годы лишь попадала из ранга гонимых буржуазных лжезнаний в инструмент изучения общественного мнения.

Смена общественных ценностей внесла смуту в организованную отечественную филателию. До "рыночных реформ" культивировалось тематическое коллекционирование, а хронологическое, если и не хулилось, но достаточно деликатно обходилось стороной (полная хронологическая коллекция невозможна без дорогостоящих раритетов филателии). Само понятие материальной ценности марки игнорировалось, замалчивалось, а наличие в стране "черного филрынка", перекачивавшего дорогостоящие отечественные редкости за его пределы при экспорте "оттуда" в огромных количествах низкономинальных "колоний" и популярных тематических "марок-картинок" стран третьего мира, отсутствовавших в официальной продаже и приносящих высокую норму прибыли, замалчивалось либо сводилось к отдельным случаям спекуляции, заслуживающим общественного порицания.

Социально-экономические процессы в стране в 90-е годы пошатнули организованную филателию. Чиновники- филателисты лишились даровой идеологическо-финансовой поддержки от ЦК упраздненной КПСС, рядовые филателисты в отсутствие искусственного марочного дефицита и при снижении уровня реальной жизни десятками тысяч стали отпадать от ВОФ, переименованного в соответствии с духом времени (на манер творческих организаций) в Союз филателистов. А те же самые аппаратчики от филателии (аппаратчики неизбежны в любой организации) стали искренне проповедовать ценности "рыночной филателии", когда коллекционирование становится элитарным: есть деньги - плати и покупай редкости. Абсурдность подобного высказывания, возведенного сегодня в ранг официальной линии организованной отечественной филателии, не выносит никакой критики.

В итоге резкий переход от одной социально ориентированной модели организованной филателии к иной концепции, которой нет и не может быть без соответствующей квалифицированной социологической помощи, привел к потере позитивных наработок недавнего прошлого (развитая сеть клубов юных филателистов при школах и домах культуры), искажению в общественном сознании сути филателии как только средства накопления, доступного "избранным", имеющим деньги, потерям материальным (распад и продажа за мизерные суммы коллекций нуждающимися их прежними владельцами или вывоз ценных коллекций за рубеж эмигрирующими хозяевами) и духовным (снижение интереса молодежи к филателии, исчезновение специальной литературы из планов издательств и с прилавков магазинов и т.д.).

В итоге общество приобрело еще одну "незаполненную нишу", вакуум которой становится благоприятной средой для культивации бездуховности, латентной преступности, наркомании и т.п. социальных пороков. Правда, мне могут возразить, что здесь дело в индивидуальности членов общества. Но посмотрим, что кроется за индивидуальным поведением и в чем проявляется особенность психологии коллекционера.






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2018. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Статистика последних публикаций