ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


(мы переехали!) Ukrainian flag (little) ELIBRARY.COM.UA - Украинская библиотека №1

ОСЕННЯЯ РАСПУТИЦА

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 18 мая 2015
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




Ивана Матвеевича, майора в отставке, я знаю давно. Познакомились мы зимой сорок первого года, когда я приезжала в воинскую часть, стоявшую под Москвой, и с той поры встречались не раз. Провоевал Иван Матвеевич всю войну, был не однажды ранен, и об осколке, который так и остался в его грудной клетке, любил шутливо говорить, что хранит его на память, как гривенник в пироге.

Сейчас Иван Матвеевич жил в небольшом деревянном домике под Москвой и преподавал в местной школе. Историю, которую я сейчас расскажу, я узнала от него самого и записала с возможной точностью.

Итак, все началось с березы, растущей возле его дома.

Может быть, вы помните, как однажды осенью, когда с деревьев еще не опала листва, вдруг выпал обильный мокрый снег. Огромные, набухшие от влаги снежные хлопья бесшумно сыпались с серого неба, машины буксовали в мокрых сугробах, деревья сгибались под тяжестью ледяного покрова. Случалось, что молодое деревцо, не выдержав непосильной ноши, разрывалось, словно разрубленное вдоль ствола, но и старые деревья подчас не могли выстоять.

Так случилось и с березой возле дома Ивана Матвеевича: верхушка ее, согнувшись, нависла прямо над крышей. Снег прошел и растаял, но дерево так и не выпрямилось. Береза была сильная, с ослепительно белым, крепким стволом, валить такое дерево было обидно, но и оставлять его казалось опасным: при сильном ветре береза могла рухнуть на домик, раздавив его, словно яичную скорлупу. И Иван Матвеевич, вздохнув, отправился к леснику; тот приехал, взяв с собой точный влагомер пеллет и заклеймил березу.

В поселке был известен человек, умеющий валить большие деревья, работал он обычно с двумя помощниками. Но оказалось, что он уехал в отпуск, а помощники без него за такую работу не брались: береза, по их словам, была "трудной". Иван Матвеевич пошел за советом к соседу, знающему всех в поселке, - тот, подумав, сказал, что может порекомендовать своего знакомого.

- Но имейте в виду: случай особый, - предупредил сосед. - Работает этот парень, как циркач под куполом. И, представьте, без помощников! Управляется с любым деревом сам, по собственному методу, один на один. Суетиться вокруг него нет надобности - ничего на участке не повредит. И вопросов лучше ему не задавайте, он этого не любит. А насчет денег скажет сам, но готовьтесь: назовет такую сумму, что закачаетесь! - Сосед усмехнулся. - Торговаться не рекомендую: повернется и прости-прощай. Словом, решайте сами.

- Чего ж тут решать, - вздохнул Иван Матвеевич. - Пока буду думать, береза дом раздавит. Скажите ему, чтоб пришел.

В сумерках, когда Иван Матвеевич пил чай, послышался оглушительный треск мотора, залаял пес Шустрик, и у калитки остановился мотоцикл с коляской. На дорожке показался массивный, плечистый человек в красном шлеме и куртке, подпоясанной широким ремнем. Не успел Иван Матвеевич выйти, как человек уже стоял на крыльце.

Вблизи он казался еще массивней и плечистей: в огромном, надвинутом на лоб шлеме, с брезентовыми рукавицами, засунутыми за пояс, он возвышался на крыльце, как статуя командора. Лицо у него было крупное, твердо очерченное, со смуглым румянцем; в свете зари оно казалось бронзовым. Глаза смотрели в упор, но Иван Матвеевич не прочел в них ни внимания, ни интереса.

- Вы насчет березы? - спросил Иван Матвеевич. - Сейчас я пройду с вами, только чайник выключу... Простите, как ваше имя и отчество?

- Сергей, - холодно сказал человек в шлеме. - Идти со мной надобности нет. Я все посмотрю сам. - Повернувшись, он исчез за деревьями. "Одну минутку!" - крикнул вслед Иван Матвеевич и осекся, вспомнив совет соседа не суетиться. Помедлив, он все-таки оделся и вышел.

Осенний вечер был тих, в небе тоненько мерцал юный серебряный месяц. У крыльца снова выросла широкоплечая фигура: Сергей вернулся.

- Картина ясна, - сказал он так же холодно. - Если договоримся, завтра приеду валить. Стоить это вам будет... - Не глядя на Ивана Матвеевича, он назвал такую цифру, что тот чуть не ахнул. Наступила пауза.

- Что ж, если так... Валить надо, никуда не денешься, - растерянно пробормотал Иван Матвеевич. Кивнув головой, Сергей сказал "Пока!" и двинулся к калитке.

Мотоцикл развернулся на дороге и с ревом исчез. Снова стало тихо, вечерний воздух дышал холодной, душистой свежестью, и лишь жесткий запах металла и бензина, веющий вдоль тропинки, говорил о недавнем посетителе. Пес Шустрик недоверчиво обнюхивал оставшиеся на крыльце следы.

На следующий день ворота распахнулись, и мотоцикл с коляской грохоча вкатил на участок. Не дожидаясь хозяина, Сергей стал выгружать коляску. Иван Матвеевич с интересом рассматривал его снаряжение: металлические "кошки", бензопила, тросы, ножевка с удобной рукояткой... Все было добротным, содержалось в порядке и чистоте. И не успел Иван Матвеевич оглянуться, как Сергей оказался на березе.

Цепляясь "кошками" за толстый ствол в белой глянцевой коре, он лез наверх с ловкостью воздушного гимнаста. Добравшись до верха, он набросил тросы на две сосны, справа и слева от березы, растянув и укрепив на этих тросах наклонившееся дерево. Потом спустился вниз и стал налаживать бензопилу.

Дрожа от напряжения, пила начала вгрызаться в крепкий ствол, береза ответила легкой дрожью, тросы тянулись от нее ввысь, словно распахнутые, простертые к небу руки...

У Ивана Матвеевича замерло сердце: глубокий, круговой надрез рассек ствол, - сейчас дерево рухнет. А вдруг оно упадет на дом? И можно ли валить такое огромное дерево в одиночку?

Пока он тревожно размышлял, послышался тяжелый, мягкий удар, и земля его маленького участка со всеми ее грядками клубники, кустами смородины и клумбами флоксов ответила на этот удар глухим "ух-х-х...". Отпиленная снизу береза как бы сама соскочила с пня, ударив о землю нижним концом ствола, и сейчас стояла, держась на тросах; только стала она короче, чем была раньше.

Иван Матвеевич перевел дыхание, а Сергей тем временем опять взялся за пилу. Снова слышался тяжелый, мягкий удар и глухое "у-х-х", снова береза, вздрогнув, повисала на тросах и опускалась, становясь все короче... Пес Шустрик залез в конуру, чего сроду днем не делал, и сидел там, опасливо высунув бородатую морду. Наконец от дерева осталась лишь верхняя часть, увенчанная кроной, но она так угрожающе нависла над забором, что Иван Матвеевич, не выдержав, подошел к Сергею.

- Может, подтянуть тросы? - осторожно спросил он. - Как бы чего не случилось...

- Нервных просят удалиться из зала, - сухо ответил Сергей, не оборачиваясь.

Пила завизжала, вгрызаясь в ствол, пышная березовая верхушка рухнула и легла на землю, устало разбросав ветви с легкой, как дым, листвой.

Полянка, усаженная флоксами, напоминала сейчас поле сражения: повсюду, как поверженные богатыри, лежали могучие обрубки березы. Но, к удивлению Ивана Матвеевича, ни один куст не был поврежден: лишь на земле, там где ударял в нее отпиленный ствол, остались глубокие отпечатки, словно следы великана.

Сергей молча укладывал обратно свои инструменты, лицо его почернело от напряжения и усталости. Он сунул в карман, не пересчитывая, протянутые Иваном Матвеевичем деньги и сел на мотоцикл. Фыркнув, заревел мотор, мотоцикл вырвался на дорогу. Пес Шустрик нерешительно вылез из конуры и, виляя хвостом, подошел к хозяину.

Вечером Иван Матвеевич отправился поговорить с соседом.

- Странный какой-то парень! - рассказывал он. - Работает, как артист, но почему в одиночку? Верите, жуть брала, когда на него смотрел! Ведь с помощниками куда легче...

- С помощниками надо делиться, - сказал сосед. - А ему самому деньги нужны.

- Вот в чем секрет, значит... - протянул Иван Матвеевич. Ему почему-то было неприятно это услышать.

- Я вам сказал: тут случай особый, - пояснил сосед. - Женился он, можете представить" по невероятной любви. И надо же: вдруг жена от него ушла! Тихая такая по виду, беленькая, кроткая, и вдруг - брык, и ушла к другому. Теперь у него одна цель: накопить денег и купить домик где-нибудь в лесной местности. И жить одному. Как медведю в берлоге. Каждый ведь по-своему от тоски лечится. Другие, наоборот, водку хлещут... - Сосед вздохнул. - Но деньги он рвет большие, я вас предупреждал.

- Что ж, дело его. Мне с ним больше не встречаться, - ответил Иван Матвеевич. Но с ответом явно поторопился: встретиться им еще пришлось.

Едва успел он убрать под навес березу, как зарядил дождь. Каждое утро в окне виднелось безнадежно серое небо, а в комнате было темно, словно наступили сумерки. Дождь лил без конца, земля уже не впитывала влаги и чавкала под ногой, как болото. Машины вздымали фонтаны грязной воды, на крылечках темнели мокрые зонтики, словно стояли, поджав ногу, меланхоличные журавли.

У Ивана Матвеевича были в районном городке дела, но ехать в такую распутицу не хотелось. Наконец ветер разбросал тучи, нагнал лиловые рваные облака, и дождь прекратился. Можно было отправляться в путь.

Рядом с Иваном Матвеевичем в автобусе сел щуплый паренек в очках, открыл учебник физики и сразу же погрузился в чтение. Сосед впереди оказался весельчаком: непрестанно рассказывал анекдоты и смеялся первым, но смех у него был такой звучный и заразительный, что стали смеяться и пассажиры. Был он приятен внешне, с пшеничного цвета усиками; под щегольской спортивной курткой угадывались крепкие, тренированные мускулы. Сидящая рядом с ним девушка тоже смеялась, откидывая назад кудрявую голову; рука весельчака лежала на ее плече.

Показался развилок с остановкой для пересадки, пассажиры стали выходить. Вместе с Иваном Матвеевичем на остановке оказались паренек в очках и веселый пассажир со своей хорошенькой спутницей. Пустынно зеленели набухшие влагой поля, дул сырой ветер. Вокруг ни души, лишь вдали на грунтовой дороге буксовала застрявшая легковая машина.

Автобуса не было долго, все продрогли, устали от ожидания, только веселый пассажир продолжал сыпать остротами. Неожиданно он замолк и, показав пальцем на грунтовую дорогу, радостно крикнул:

- Свежие новости! Водитель-любитель плывет на берег!

По дороге, скользя и увязая, брел к остановке человек. Пришлось ему, видимо, туго: на башмаках налипли пудовые комья земли, одежда была в грязи, лицо забрызгано грязной водой...

- Пожалуйста, помогите вытащить машину, - сказал он, нерешительно оглядывая стоящих на остановке людей. Глаза его остановились на широких плечах весельчака, и он добавил уже уверенней: - Только подтолкните - и я выскочу! Понимаете, везу жену в родильный дом. Думал выбрать дорогу покороче. и вот... - он виновато развел руками.

Наступило молчание.

- Ну что ж, товарищи, раз такие дела, надо помочь, - сказал Иван Матвеевич. Он шагнул к дороге, за ним, потоптавшись, тронулся очкарик. - А вы что же? - спросил Иван Матвеевич, увидев, что веселый пассажир остался на месте. Тот ничего не ответил.

Спутница что-то ему горячо шептала, а весельчак слушал и смотрел на нее снисходительно, как на ребенка.

- Мы на день рождения едем, ты что - забыла? - наконец сказал он.- Это же с ума надо сойти, чтобы в такую грязищу лезть! Представь, какой у меня будет вид... - Он пожал плечами. - Нет уж, пусть супруг сам выкручивается, если ума не хватило выбрать другую дорогу. Лично я свою жену по такой дороге не повез бы, - добавил он твердо и отвернулся.

Иван Матвеевич и его щуплый помощник пошли к машине.

Но, сколько ни бились они, сколько ни старались, застрявший "Москвич" не тронулся с места. Отставному майору мешала раненая рука, у паренька в очках не хватало сил, да и водитель, очевидно, не был достаточно опытен. Сквозь забрызганное стекло Иван Матвеевич видел сидящую в машине молодую женщину, глаза ее были закрыты, искусанные губы распухли. Словно почувствовав его взгляд. она подняла веки, с усилием улыбнувшись, и такой робкой и виноватой была ее улыбка, что отставной майор только вздохнул.

- Черт бы побрал эту распутицу! - сказал он со злостью и вдруг умолк: к остановке, притормаживая, подъезжал мотоцикл с коляской. - Э-эй! - Иван Матвеевич отчаянно замахал обеими руками. - Сюда, сюда!

Высокий человек в красном шлеме слез с мотоцикла и направился к застрявшей машине. "Неужто Сергей? - подумал Иван Матвеевич, вглядываясь. - Неужто он?"

Это и впрямь оказался Сергей.

Спокойно, словно по асфальту, он шагал по скользким ухабам, но дойдя до застрявшей машины, остановился, словно споткнулся. Некоторое время он и водитель молча стояли друг против друга; измученный, перепачканный дорожной грязью водитель растерянно смотрел на возвышающуюся перед ним огромную фигуру. Потом Сергей бегло взглянул в окно машины, и лицо его напряглось: он увидел полулежащую на сиденье женщину.

- Только подтолкнуть - и все...- неуверенно пробормотал водитель.- Сейчас сяду за руль.

- Я сам, - коротко сказал Сергей и открыл дверцу.

Тут Иван Матвеевич, стоявший рядом, услыхал слабый голос женщины.

- Сережа... - сказала она. Голос ее задрожал. - Ох, это ведь ты, Сережа...

Молча, не смотря на нее, Сергей сел за руль. "Москвич" вздрогнул, застонал, Сергей включал то задний ход, то первую скорость, помогая машине выползти из глубокой колеи. Потом заглушил мотор и вышел.

- Теперь садись, - сказал он, не глядя, и водитель торопливо полез в кабину. Иван Матвеевич двинулся было, чтобы подсобить, но Сергей, чуть отодвинув его локтем, сказал: - Не надо, я сам.

Он обошел машину сзади, взялся обеими руками, навалился грудью... Машина, вихляя и скользя, поползла по дороге и наконец выбралась на асфальт. С минуту, словно в раздумье, "Москвич" стоял у обочины. Потом рванулся и исчез за поворотом.

Сергей молча пошел к шоссе, Иван Матвеевич побрел за ним. "А ведь та женщина в машине... Это ж, наверное, его бывшая жена! - думал Иван Матвеевич, глядя на широкую, удалявшуюся от него спину. - Ну и дела...".

Ни с кем не попрощавшись, Сергей уехал. Наступила тишина.

На остановке по-прежнему стоял весельчак со своей девушкой, она смотрела в сторону, спутник ее молчал. Посторонившись, он пропустил в подошедший автобус забрызганного грязью Ивана Матвеевича и паренька в очках; девушка, замешкавшись, вошла последней. И не успели захлопнуться двери, как она неожиданно выскочила из автобуса.

- Ты куда? - изумленно закричал ее спутник, но автобус уже тронулся.

Иван Матвеевич посмотрел в окно.

Девушка, нахохлившись, стояла одна на остановке, ее маленькое, покрасневшее от ветра лицо было задумчивым и грустным.






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2019. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Разместить рекламу на сайте elib.org.ua (контакты, прайс)