ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


Новинка! Ukrainian flag (little) LIBRARY.UA - новая Украинская цифровая библиотека!

СПОНСОРЫ РУБРИКИ:


ХЕРСОНЕС ТАВРИЧЕСКИЙ. (Очерк)

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 26 августа 2015
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




Очерк Максима Горького "Херсонес Таврический" был напечатан в газете "Нижегородский листок" в двух номерах: 60 и 67-м за 1897 год.

В этой газете Горький работал в 1896 - 1897 годах (всего около года) штатным сотрудником. Усиленная газетная работа вызвала сильное обострение болезни Алексея Максимовича - туберкулеза легких и заставила его весной 1897 года уехать в Крым. Оттуда он и прислал в "Нижегородский листок" очерк "Херсонес Таврический". Нигде до сих пор этот очерк больше не перепечатывался. Он даже не вошел в собрание сочинений Горького. Этот очерк говорит об интересе Алексея Максимовича к историческим темам. Вопросы истории всегда интересовали - А. М. Горького. В его произведениях мы находим глубокие замечания по поводу истории. В 1896 году в одной из корреспонденции с Всероссийской выставки по поводу выступлений сказительницы Арины Федосовой Алексей Максимович Горький бросает меткое замечание: "Русская песня - русская история".

Широко известны и позднейшие замечания А. М. Горького об истории.

После Великой Октябрьской социалистической революции Горький неоднократно развивал мысль о том, что "народ должен знать свою историю", - так он озаглавил свою статью в N 1 журнала "Борьба классов", в январе 1931 года, в которой он показал, что эти слова, нередко повторяемые и до Октябрьской революции либеральными "просветителями народа", только после пролетарской революции стали по-настоящему претворяться в жизнь. Известна роль Горького в создании таких книг, как "История гражданской войны", "История фабрик и заводов" и др.

Публикуемый нами очерк М. Горького, как видно из заглавия, посвящен древнему городу - Херсонесу. Херсонес сыграл довольно заметную роль в истории Руси как город, из которого киевский князь Владимир привез греческое духовенство и даже оборудование для церковного строительства в Киев в связи с крещением Руси. В этот момент (о походе Владимира на Херсонес летопись рассказывает, как известно, под 988 годом) город входил в состав Византийской империи, связывал ее с Причерноморьем, Поволжьем.

Очерк говорит об истории Херсонеса, но в нем попутно рассказывается и о современном Горькому состоянии этих мест. И здесь Горький прежде всего разоблачает церковь, алчно захватившую эти места и варварски уничтожающую ценнейшие исторические памятники древности. Капиталистический строй, право частной собственности на землю, как ярко показывает Горький в очерке, служили тормозом для развития науки, делали невозможным раскопки и научные исследования на землях, принадлежащих церкви и иным собственникам. Зато процветала спекуляция ловких дельцов (и "святых отцов" и светских) на интересе к истории Херсонеса и к его развалинам. Горький не преминул высмеять лень и невежество монахов, которые "хотя и знакомы с бытом древнего Херсонеса и имеют у себя наглядные доказательства неутомимой энергии греков, но не подражают им в этом. Даже рыбу, живя на берегу моря, они покупают на севастопольском базаре..."



А. М. Горький.

стр. 39
Горький в замечаниях о древних обитателях Херсонеса, с огромным сочувствием, хотя порой в несколько шутливом тоне, подчеркивает такие черты, как демократизм, любовь к свободе и родине у древних херсонитян. Так, он замечает: "В Херсонесе ценили общественных деятелей, ибо общественные деятели Херсонеса, как о том свидетельствуют их сограждане, соединяли энергию с бескорыстием и честолюбие их не превышало чувства меры". Горький вскользь бросает замечательные мысли о значении труда, о том, "как громадно значение простоты в красоте". Он кончает очерк суровыми строками, которые в цензурной форме, эзоповым языком, но вполне понятным тогдашнему читателю, осуждали современный ему капиталистический строй, его алчность, не останавливающуюся ни перед какими разрушениями.

"...настанет ли время, когда люди будут только созидать, утратив дикую страсть к разрушению?" Этот пламенный призыв, облеченный цензуры ради в форму вопроса, звучал для читателей революционным лозунгом. С особенной, исключительной силой звучит для нас сейчас приведенная Горьким в очерке гражданская присяга херсонитян, их клятва охранять свободу и независимость города и граждан, не предавать тайн, не вступать в заговор с врагом народа. Присяга преданных родине и свободе граждан вызвала в Горьком глубокое понимание и сочувствие. Не даром он привел ее так полно. Недаром также, рассказав о казни римского императора Юстиниана, врага Херсониса, он добавляет: "Этого наказания не много для человека; убившего целый город, его благосостояние, свободу и энергию". Живой Горький, великий гражданин Страны советов, верный друг Ленина и Сталина, встает перед нами; гениальный Горький, злодейски умерщвленный подлыми врагами народа: Иудой-Троцким, Ягодой и прочими фашистскими ничтожествами - за непоколебимую преданность Горького своему народу и своей свободной родине.

В предисловии к сборнику своих газетных статей ("Публицистические статьи") Горький писал в 1931 году, что он не стал вносить никаких поправок в свои газетные статьи, потому что хотел, чтобы "тт. читатели видели, как сообразно повышению их настроения - повышались и настроения писателя, как одни и те же мысли принимали все более определенную форму".

Эти слова можно отнести я к данному очерку.

Мысли, выраженные в раннем очерке Горького, впоследствии высказывались им во "все более определенной форме". Читатели "Исторического журнала", несомненно, с интересом прочтут исторический очерк, написанный молодым Горьким свыше 40 лет назад.

Очерк служит примером того, как даже сухие, на первый взгляд, исторические темы можно излагать без псевдоученых словечек, в живой и популярной форме, в увлекательных образах, простым и ясным языкам.

И. Бас

-------

На утесе, омываемом беспокойными волнами Понта, лежат груды камня, зияют глубокие ямы и возвышается полуразрушенная стена, массивностью своей напоминающая постройки мифических циклопов - вот все, что осталось от Херсонеса Таврического, города, в который, по словам Страбона, "многие цари посылали детей своих ради воспитания духа и в котором риторы и мудрецы всегда были почетными гостями".

Даже и беглый взгляд на эти развалины шести тысяч зданий, некогда поражавших своей красотой и роскошью, а ныне превращенных в безобразные кучи щебня, - навевает на душу чувство глубокой скорби, и чем яснее встают воспоминания о прошлом этого цветка эллинской культуры, тем сильнее охватывает зрителя печаль при виде массы человеческого ума, энергии и знаний, претворенных временем в пыль и прах.

Смотришь на унылую картину разрушения и кажется, что громадный смерч с моря гигантским прыжком кинулся на утес и сравнял с землей большой и богатый город, гордо возвышавшийся над коварно-ласковыми волнами моря. Пространство в восемь верст окружностью все из'явлено глубокими ямами, засыпано мелко раздробленным щебнем, пустынно, уныло и мертво. Веет грустью кладбища, хотя вокруг ни одного креста, все только ямы и груды камня. Царит тишина, а издали снизу доносится говор волн, немолчные голоса моря, которое видело славу города и постепенное падение его.

Кругом, на далекое пространство, поля тоже усыпаны белыми камнями - это остатки стен, разграничивавших некогда виноградники херсонитов. В одном уголке этого кладбища четыре черные фигуры роются в куче мусора, как черви в разлагающемся трупе. На расчищенной от мусора площадке возвышается красивый храм во имя св. равноапостольного вел. кн. Владимира. В древности это место

стр. 40
было площадью города Херсониса и там, где теперь стоит христианский храм, "величественно возвышалось в слепой гордости", - как говорит молодой монах-проводник, - "языческое капище идола древних жителей сего, господом разрушенного, града". "А именовался этот идол богиней Дианой, также называемой Охотницей". Неподалеку от храма св. Владимира находятся многочисленные постройки монастыря, построенного в 1850 г.; монастырская церковь во имя св. Ольги. Всего земли под монастырем и храмом св. Владимира 112 дес. 1,477 с. - и вся эта земля представляет собою археологическую сокровищницу, еще нетронутую и, конечно, уже недоступную для раскопок. За монастырем, по берегу моря, на запад, земля занята сооружениями военно-инженерного ведомства, длинной линией вытянулись батареи, пороховые погреба, стоят пушки, устремив свои стальные пасти в простор моря. Это место, по исследованиям Тунемана и Аркаса, было могильником херсонитов; при сооружении батарей здесь были вырыты надгробные плиты, сосуды из стекла и обожженной глины, в которых ставили в гробницы бальзам, несколько цинковых и глиняных урн с костями, золотых и серебряных украшений, много монет. Таким образом 4/5 земли, в высшей степени ценной с научной точки зрения, - утрачено для науки, быть может, навсегда утрачено. Археологическим изысканиям и раскопкам доступна только 1/5 часть Херсониса, и в данное время ее энергично эксплоатирует заведующий раскопками г. Косцюшко-Валюжинич, наполнивший выкопанными из-под наслоений двадцати веков вещами - целый музей, помещающийся тут же, на берегу бухты и на земле Херсониса в плохоньком сарайчике. Более ценные добычи науки отправляются в Эрмитаж; монастырь также имеет в своем распоряжении целый чулан, беспорядочно набитый вещами, добытыми из земли во время рытья фундаментов для монастырских построек и храма св. Владимира. За шесть с половиной лет изысканий на почве Херсониса сделана масса очень ценных приобретений для исторической и археологической наук, и это несмотря на тот факт, что почтенные обыватели Севастополя, безо всякого зазрения совести, в продолжение многих лет безнаказанно грабили могильники, и таскали мрамор с развалин города для своих построек. И до сего времени случается, что в зданиях Севастополя открывают осколки Херсониса. Помимо севастопольцев, Херсонис разграбляли и враги его - ордынцы, турки, литовцы Ольгерда и другие. Мартин Броневский, посланник Батория к хану Крыма Магомет-Гирею, говорит, что турки в 1454 г., после взятия Византии, перевезли себе из Херсониса колонны из мрамора есерпентина. А некий колонист Цвик выломал в развалинах Сарая, столицы Золотой Орды, мраморную доску с частью начертанного на ней декрета в честь синопского гражданина Каия Евтихиана Навклара, оказавшего херсонитам какие-то важные услуги и за это почтенного ими. Таким находкам несть числа.

Сколько ценных вещей погребено под строениями монастыря и военно-инженерного ведомства и какую утрату для науки составляет эта потеря! Херсонес Таврический был одним из ярких цветков греческой культуры, и нужно видеть находящиеся в музее медальоны, статуи, обломки колонн, капители, посуду из глины, изумительно тонко сделанную и поражающую легкостью, нужно видеть обилие открытых садовых орудий и рыболовных снарядов, чтоб судить о высоте искусства и великой трудоспособности херсонитов. Город имел громадные виноградники - ныне вокруг него расстилаются пустынные поля, густо усеянные камнем. Современные культуртрегеры не обращают никакого внимания на эту землю, некогда столь тесно занятую, что за "разграничения виноградников в равнине" между спорившими владельцами гражданин Агасикль был почтен благодарными херсонитам и мраморной статуей у храма Дианы вместе со статуями других достойных граждан.

Помимо виноградников, обилие рыболовных снарядов и массы устричных раковин, находимых в земле, указывают на высокое развитие у херсонитов промыслов рыболовного и устрич-

стр. 41
ного, что и подтверждается свидетельством Страбона.

В городе существовало также много фабрик, изготовлявших амфоры и урны, которыми Херсонис торговал с Ольвией, Пантикапеей, Феодосией, Синопом и другими древними городами Таврии. На энергию и предприимчивость херсонитян указывает и недавно открытый водопровод: вода собиралась из ключей, отстоявших от города на расстоянии более десяти верст и по тонким гончарным трубам проводилась в город. А чтобы обезопасить себя от набегов скифов, херсониты отгородили стеной всю юго-западную часть полуострова, выдающуюся в море треугольным мысом, одной стороной которого служит севастопольский рейд, другой - балаклавская бухта, а основанием - расстояние между рейдом и бухтой, имеющее в длину более 8 верст. Окружность этого мыса по берегу моря имеет 45 верст, и этот-то полуостров херсониты отгородили стеной по всей длине его основания, т. е. стеной в восемь верст длины, достигавшей местами до трех сажен в высоту и имевшей до десяти башен - сторожевых пунктов для наблюдения за врагами-кочевниками.

Это сооружение, как видите, не уступает знаменитым стенам римлян Цезаря и Севера, возведенным ими в древней Британии для защиты своих поселений и покоренных племен от набегов непобедимых скоттов и пиктов, обитавших в Албене или Каледонии, нынешней Шотландии. Херсониты - переселенцы из малоазийского города Ираклии Понтийской1 . Они явились в Таврию в конце VII века до Р. Х. и основали здесь Херсонис сначала в семи верстах от Севастополя, на мысе, около нынешнего Георгиевского монастыря. Будучи, как древние греки, предприимчивыми и трудолюбивыми, они скоро развили высокую культуру и вместе с тем богатство их послужило для диких тавров соблазнительной приманкой. Набеги этих дикарей заставили ираклийцев переселиться на новое место, и они основали новый Херсонис в двух верстах от Севастополя, отгородились своей циклопической, восьмиверстной стеной и такой же могучей стеной окружили весь свой город. Развалины городской стены уцелели до сего времени и стоят века, свидетельствуя о громадной энергии и строительном искусстве древних.

Стена окружала город зигзагами; со стороны моря от пристаней к ней вели вырубленные в скалах лестницы. Самый город представлял собой в цветущую пору до шести тысяч роскошных зданий с населением в 50000 человек. Площадь его занимала 2200 кв. саж., в центре ее стоял храм Дианы, окруженный металлическими и мраморными статуями именитых херсонитян. Две медные статуи поставлены были в честь героини херсонитян Гикии, женщины, с высокоразвитым чувством гражданственности. Она заслужила поклонение сограждан своих следующим поступком. В IV веке по Р. Х. Александр, царь босфорский, возымел намерением овладеть богатым и независимым Херсонисом, но не чувствуя себя в силах одолеть херсонитян в бою, прибег к хитрости. Он просил для своего сына руки Гикии, дочери уважаемого херсонитянами гражданина Ламаха. Ламах согласился на брак с тем, чтоб дочь его осталась в родном городе, и вскоре умер, а к босфорскому царевичу время от времени являлись небольшими группами воины его отца. Они приезжали и исчезали куда-то из города. Это поразило Гикию, она стала следить за сношениями своего мужа с Босфором, вскоре открыла в подвалах своего дворца до двухсот воинов босфорян и поняла, что они выжидают тут удобного момента для того, чтоб напасть врасплох на город. В море уже готов был флот для помощи им. Тогда Гикия, сообщив согражданам о заговоре, подожгла свой дворец, заперев его подвалы и в них мужа во главе с заговорщиками. Облитый маслами, обложенный горючими веществами, дворец стал костром для людей, посягавших на свободу ближних.

И две статуи из меди увековечили имя Гикии, а история, рукой Страбона, занесла его на свои страницы.

Вместе со статуями Гикии стояло много других. Из числа их заслужи-

1 Об Ираклии см. у Геродота - Жизнеописание Солона.

стр. 42
вает внимания бюст Агасиклета, "знаменитого гражданина", который, как гласит надпись, иссеченная на подножии бюста, "укрепил город и обвел его стеной, устроил городскую площадь, размежевал поля вокруг города" и т. д. В Херсонисе ценили общественных деятелей, ибо общественные деятели Херсониса, как о том свидетельствуют их сограждане, соединяли энергию с бескорыстием и честолюбие их не превышало чувства меры. В чуланчике монастыря, - монах называл мне чуланчик музеем, - хранится мраморный пьедестал от монумента царя Митридата Евпатора-Диофанта. На пьедестале иссечены подвиги Диофанта, надпись переведена членом императорского одесского о-ва (истории и древностей г. Юргевичем и представляет собой образец греческого пеифизма.

"Так как, - просто и сильно говорит она, - Диофант, сын Асклипиодора из Синопа, друг наш и благотворитель, стал виновником добра для каждого из нас со стороны царя Митридата Евпатора"... следует длинное перечисление походов и подвигов Диофанта и надпись заключена так:

"...Чтобы было явно, что народ приносит своим друзьям должную благодарность, сенат и народ Херсониса постановили возложить на Диофанта, сына Асклипиодора, золотой венец во время публичного шествия на праздник Парфении, с обнародованием через распорядителей, что Херсонис награждает венцом Диофанта за доблесть и расположение к народу. Сверх того воздвигнуть ему медную статую в военном вооружении в Акрополе возле жертвенника девственной богини Херсониса. О всем этом поручается озаботиться упомянутым ниже гражданам с тем, чтобы все было сделано как можно лучше и как можно скорее... Пеифизм же начертать на подножье статуи"1 .

Это постановление издано сенатом Херсониса в 79 г. до Р. Хр. в момент самого пышного расцвета жизни города и в момент первой серьезной грозы, собравшейся над ним, предвестницы многих бурь, впоследствии превративших Херсонис в груды мусора. За пять столетий своего существования Херсонис вырос настолько, что стал в высшей степени лакомым куском для разных завоевателей. Все это время он успешно боролся со скифами, сохраняя свою независимость и самоуправление, но в начале 70 гг. до Р. Х. известный истории царь скифов Скилур об'единил свои дикие племена и стал упорно теснить херсонитян. Видя, что собственными силами им не одолеть врага, херсониты обратились за помощью к Митридату, и он с радостью послал им Диофанта во главе 60000 воинов. Диофант вытеснил скифов из пределов Таврии, а Митридат вскоре после этого подчинил Херсонис своей власти, в награду за свою помощь. Но и римлянам нравился Херсонис. Когда их оружие укротило Митридата в Азии, он бежал через Кавказ в Крым, к херсонитянам, собрал новое войско и пытался отмстить Риму нападением с севера, пройдя через земли скифов и германцев, но солдаты отпали от него и провозгласили царем его сына Фарнака. Отец, боясь, что сын выдаст его врагам, принял яд и умер, а император Помпеи, пользуясь удобным случаем, присоединил Херсонис к владениям Рима.

Свободный город потерял на время свою свободу. Но во времена императоров Октавия, Августа, Траяна, Адриана и Константина он все еще продолжал цвести и развиваться и в политическом, и в экономическом отношениях. В 36 году Адриан даровал ему полную автономию, освободил от податей, даже дал награду "за верность Риму". Эта награда - симптом понижения гражданственности херсонитов. С этих пор херсониты участвуют во всех войнах Рима, и Константин снова награждает их, подарив им свою золотую статую, печать, с которой все прошения херсонитян непременно доходили до самого императора, 1000 мер хлеба ежегодно, веревки для луков и железо. Так продолжалось до IV века, и за это время Херсонис даже расширил свои владения на южном берегу Крыма до Феодосии.

Но в IV веке явились в Крыму готы, в V - гунны, последние напали на Херсонис, долго держали его в осаде

1 Из XII-го тома записок одесского о-ва истории " древностей.

стр. 43
и хотя не взяли, но причинили ему большой вред...

За гуннами явилось еще какое-то монгольское племя. Пеунеман называет его турками, хотя в VI веке этого названия еще не было слышно, за турками - хозары. Последние, покорив степную часть Крыма, оставались тут до XI века, постоянно истощая Херсонис набегами.

В 615 г. в Херсонисе жил сверженный и сосланный Леоном император Юстиниан, изувеченный, с отрезанным языком и носом. Он, сам глубоко несчастный, был источником несчастий и для херсонитян. Когда Леон был, в свою очередь, свергнут Тиверием, Юстиниан дал понять херсонитянам, что он надеется вновь занять престол Рима. Боясь гнева Тиверия, херсонитяне решили выдать изувеченного экс-императора Риму, но Юстиниан бежал от них к хозарам, оттуда к болгарам и, воцарившись при их помощи в Константинополе, вскоре пошел во главе 100.000 войска мстить херсонитам. Он разорил город и увел в плен всех его знатных граждан, но этого ему показалось мало, и он вновь послал флот с 75000 войска с приказом совершенно уничтожить Херсонис. Флот весь погиб от бури. Император все-таки хочет мстить и посылает второй флот с тем же строгим и жестоким приказом. Флот прибыл, высадился, началась осада, уже была разрушена часть стен города, - явились хозары и разбили римлян. Юстиниана, императора могучего Рима, заставляют присягнуть в верности царю полудиких хозар Вардану. Римлянин бежит от позора, но его схватывают и убивают. Этого наказания немного для человека, убившего целый город, его благосостояние, свободу и энергию...

Полуразоренный Херсонис все-таки не отставал от империи и даже возродился на короткое время. В 835 году император Феофил сделал Херсонис областным городом восточно-римской империи и дал ему первенство над всеми греческими поселениями в Крыму и Зихии до реки Кубани. Но в 988 явился Владимир Красное Солнышко. Разрушив Херсонис, он крестился в нем и возвратил город под власть Византии.

Но Византии, истощенной и бессильной, не время было обращать внимание на полуживой город, отделенный от нее морем. Херсонис рвали на куски печенеги и половцы. А генуэзцы, появившиеся на Крымском полуострове в VII веке - в X уже имели здесь массу факторий и городов, во главе которых стояла Согдайя - ныне Судак. Они захватили в свои руки всю торговлю края, и Херсонис, некогда знаменитый рассадник просвещения и искусств, погиб под гнетом генуэзцев экономически, как ранее погиб он политически. Фибулы, пряжки, серьги и ожерелья из Херсониса - уступили место изделиям генуэзцев. Центр греческой культуры и цивилизации в Тавриде - исчез, стал воспоминанием.

В 1397 году Ольгерд Литовский нанес Херсонису последний удар, окончательно разграбив его и перебив половину жителей.

И когда в XV веке в Херсонис пришли турки, только что взявшие Константинополь, на долю их не было уже оставлено ни жителей, ни богатств. Тогда они, по вышеприведенному свидетельству Броневского, стали разрушать уцелевшие от погрома здания, выламывая из них металл и мрамор.

Так погиб этот город, существовавший два тысячелетия, и вот ныне лежит труд двадцати веков, - неустанная работа сотни поколений людских - лежит в виде груд щебня, возбуждая видом своим тоску и много мрачных дум.

Жизнь создается так медленно и трудно, а разрушается так быстро и легко... Зачем это?

Соборный храм во имя св. Владимира, стоящий в ограде херсонисского монастыря, с внешней стороны представляет собой красивое здание в византийском стиле, но несколько пестрое и тяжелое. Он построен в форме креста, как древне-христианские храмы, два фундамента которых уцелели и по сие время и находятся рядом с храмом в ограде. Раньше на эти месте стояло восемь христианских храмов, из них один во имя св. Василия, тот самый, в котором принял крещение князь Владимир.

Нижняя церковь собора включает в себе древний фундамент, несколько

стр. 44
реставрированный. Он возвышается от пола церкви на полтора аршина и представляет собою именно остатки древнего корсунского храма св. Василия, в нем даже обозначено мраморной оградой то место, где стояла купель князя Владимира. На одной из стен большая картина изображает обряд крещения князя. Церковь низкая, темная, и остатки древнего храма, для которых она служит как бы футляром, усиливают холод и мрак, наполняющий ее. Чувствуешь себя в склепе.

Верхняя церковь поражает своей пестротой. Всюду древне-византийский орнамент, всюду краски, громадные картины, блестящие ризы, золото и холодное сияние мрамора. Иконостас весь из мрамора, его резали в Италии, и он стоит около двух десятков тысяч. Большинство картин работы академиков, но среди окружающей их пестроты и блеска они не производят впечатления.

Весь храм построен из лучшего инкерманского камня, на гранитном основании. Пятьдесят две колонны из итальянского мрамора идут вокруг храма по галлерее, окружающей его. В полукруглых окнах - цветные стекла, окрашивающие море в фантастические краски. Вид на море из храма - широкий и красивый. В общем это сооружение, стоившее более миллиона, является скорее памятником старины, выстроенным на площади древней Корсуни и на вместе храма Дианы. Службы в нем пока бывают два раза в год и посещаются севастопольцами неохотно. Севастополь стоит в двух слишком верстах от храма, дорога плохая и пыльная.

Монахи, хотя и знакомы с бытом древнего Херсониса и имеют у себя наглядные доказательства неутомимой энергии греков, но не подражают им в этом. Даже рыбу, живя на берегу моря, они покупают на севастопольском базаре и не имеют даже своей лодки для сообщения с городом, на что заведующий раскопками Херсониса г. Косцюшко-Валюжинич иронически указывает в своем отчете о раскопках в 1895 г. При монастыре есть гостиница для желающих дышать воздухом моря и купаться. Зимой она пустует, летом - полна и представляет одну из статей дохода для монастыря.

Музей древностей Херсониса, находящийся сейчас же за оградой монастыря, не только внутри битком набит вещами, но и снаружи завален ими. Чего тут нет! Громадные мраморные колонны с ажурными капителями, мраморный лев с городских ворот Херсониса, гробницы, урны семейные, памятники, громадные глиняные сосуды для хранения вина, обломки барельефов, целые полы из мозаики и на всем этом лежит отпечаток недосягаемого изящества эллинской культуры.

Сравнивая мраморный иконостас храма св. Владимира с древней резьбой капителей, орнаментов и барельефов видишь, что современным итальянским мастерам совершенно недоступно такое тонкое понимание красоты рисунка и такое тонкое исполнение, которым обладали херсониты. В музее есть гипсовая головка гидры, эта маленькая, дурно положенная вещь - живет и дышит, глядя на вас из-за стекла витрины. Обломок статуэтки Дианы, голова Зевса, бальзамарии, капители колонн и масса других предметов - все это проникнуто красотой, воистину бессмертной.

Глядя на эти обломки исчезнувшей культуры, понимаешь, как громадно значение простоты в красоте. В сущности все эти изваяния из мрамора - просты. И именно поэтому они так красивы. Вот пред вами плита мрамора, на ней начертана гражданская присяга херсонцев. Строки присяги окружены узкой рамкой орнамента. В нем ничего замысловатого, рисунок только прост, но он придает всей тяжелой плите колорит художественной вещи.

А вот текст самой присяги, по переводу профессора Латышева1 .

"Клянусь Зевсом, Землею, Солнцем, Девою (Дианой) и богами, богинями и героями олимпийскими, кои владеют городом и землею и укреплениями херсонисатов: я буду единомыслен относительно благосостояния и свободы города и граждан и не передам ни Херсониса, ни Керкинитиды, ни прекрасной гавани, ни прочих укреплений

1 Из 9 тома материалов по археолог. России.

стр. 45
и земель, коими херсонисаты владеют, ничего никому - ни эллину, ни варвару, но буду охранять для народа херсонисатов и не нарушу демократии и желающему предать или нарушить не дозволю и не утаю вместе с ним, ни заявлю городским демиургам и врагом буду злоумышляющему и предающему и склоняющему к отпадению Херсонес или Керкинитиду, или прекрасную гавань, или укрепления и область херсонисатов и буду служить демиургам как можно лучше и справедливее для города и граждан и...1 народу охраню и не передам на словах ничего тайного ни эллину, ни варвару, что может повредить городу; и дара не дам, и не приму ко вреду города и граждан; и не замыслю никакого несправедливого деяния против кого-либо из граждан и никому замышляющему никакого подобного деяния не дозволю, но заявлю и при суде подам голос по законам и в заговор не вступлю ни против общины, ни против кого-либо из граждан, кто не об'явлен врагом народа; если же я с кем-либо вступлю в заговор, и если связан какою либо клятвою по обету, то нарушившему будет лучше и мне и моим, а пребывающему - обратное, и если я узнаю какой либо заговор, существующий или составляющийся, то заявлю демиургам и хлеба вывозного из равнины не буду продавать и вывозить в другое место из равнины, но только в Херсонис - Зевс и Земля и Солнце и Дева и боги олимпийские. Пребывающему мне в этом, да будет благо и самому и роду и моим, а непребывающему - зло и самому и роду и моим и да не приносят мне плода, ни земля, ни море, ни женщины, да не"...

Низ плиты отломлен и пока еще не найден. Присяга относится к IV-III веку до Р. Х., ко времени развития города.

Из находок 1826 года заслуживает серьезного внимания золотое ожерелье, отправленное в Эрмитаж. Это ожерелье, судя по снимку с него, находящемуся в музее, отличается изумительной комбинацией частей, красотой исполнения и своей ценностью. Оно распалось на части от долгого пребывания в земле и состоит из 17 золотых круглых бляшек и еще 64 частей, представляющих собой изящные рубчатые трубочки и пластинки, испещренные тонкой резьбой. В гробнице, из которой была вынута эта ценная вещь, найдено еще бронзовое зеркало, ножные серебряные обручи, бусы из янтаря и агата, два золотые перстня, один из них с овальным аметистом, украшенным головой воина, вырезанной на нем, два кусочка румян, не потерявших своего свойства от многовекового пребывания в земле, две серебряные бляшки с вытесненным на них бюстом Афродиты и двумя Амурами по сторонам ее, серьги в виде рысьих голов, топазы, масса древних монет - нет возможности перечислить все вещи, извлеченные из этого маленького подземного музея.

Несомненно, что в этой гробнице была похоронена женщина и, быть может, это именно гражданка Гикия, упоминавшаяся выше. Эта догадка обосновывается на том факте, что гробница была открыта под стеной города. Херсониты, очевидно хорошо понимавшие важность для жизни чистого воздуха, хоронили своих мертвых далеко вне городских стен; Гикия же в награду за свою услугу гражданам потребовала, чтоб ее похоронили в стенах города.

Город воспротивился этому и предложил заменить такую почесть восстановлением сожженного ею дворца на общественный счет. Гикия не уступала, тогда граждане дали ей клятву, что исполнят ее желание. Но женщина, зная силу обычая, который она нарушала, задумала испытать сограждан и сделала это так: подговорив своих слуг, она притворилась умершей. Херсониты были опечалены смертью славной женщины, но все-таки решили нарушить клятву, данную ей и вынесли ее за город. У могилы Гикия встала и горько упрекнула сограждан за их вероломство. Тогда они дали ей вторую клятву и еще при жизни позволили ей назначить место вечного успокоения, а когда она назначила, то отметили его ее медным, вызолоченным бюстом.

"Но, - говорит Броневский, - было бы правдивым сомнение в том, что херсониты и вторую клятву свою исполнили, ибо сила обычая их весьма

1 Не разобрано...

стр. 46
велика была". Может быть, они подкопались под стену города и похоронили Гикию, так сказать, на границе ее и их желания. Конечно, это только догадка, подтверждаемая царственной роскошью гробницы и обилием ценностей, оказавшихся в ней.

Собственно говоря - весь полуостров представляет собой неисчислимую по богатству археологическую сокровищницу. На-днях, по словам "Салгиро", в селе Серогоз крестьяне, раскопав один маленький курган, открыли в нем целый клад: две подвески с изображением драконов, 13 уточек - подвесок, древне-греческой работы, 24 пластинки, с изображением мифологических лиц, еще 15 разнообразных пластинок, 257 трубочек, 130 чечевицеобразных кружков, 192 кружка круглых, 270 треугольных пластиною, массу пуговиц - все до одной вещи из высокопробного золота.

Недавно в херсонисский музей доставлена со степи в высшей степени интересная статуя. Это довольно грубое изображение человека в полный рост, на голове у него головной убор башкира, за спиной колчан и стрелы, руки сложены на живот, одежды длинные, до пят. Изваяна эта статуя из серого камня, по словам знатоков дела, не находящегося среди горных пород Крыма.

Вообще Крым для исторической науки - золотое дно, как заявляют местные любители археологии. Это естественно - в нем цвели такие роскошные цветы эллинской культуры как Херсонис, Пантикапея...

Теперь на месте первого - мерзость запустения, на месте второй - Керчь, хранящая в почве своей многое множество ценностей.

Уходя с развалин Херсониса - уносишь с собой что-то тяжелое и мрачное. Кажется, что ушел с почвы, от которой пахнет дымом, кровью, разлагающимися трупами. Сколько на земном шаре таких развалин! Много ли еще будет и настанет ли время, когда люди будут только созидать, утратив дикую страсть к разрушению?

Будем ли мы когда-либо менее алчны?






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2017. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Статистика последних публикаций