ЦИФРОВАЯ БИБЛИОТЕКА УКРАИНЫ | ELIB.ORG.UA


Новинка! Ukrainian flag (little) LIBRARY.UA - новая Украинская цифровая библиотека!

СПОНСОРЫ РУБРИКИ:


"СОВЕТЫ И РАССКАЗЫ КЕКАВМЕНА". СОЧИНЕНИЕ ВИЗАНТИЙСКОГО ПОЛКОВОДЦА XI ВЕКА

АвторДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 06 апреля 2017
АвторОПУБЛИКОВАЛ: Администратор
АвторРУБРИКА:




Подготовка текста, введение, перевод и комментарий Г. Г. Литаврина. М. Изд-во "Наука" - 1972. 742 стр. Тираж 3200. Цена 3 руб. 4 коп.

Серия "Памятники средневековой истории народов Центральной и Восточной Европы" пополнилась новым изданием источника, уникального по своему характеру и значимости для изучения истории Византии и ряда сопредельных стран в X-XI веках. Честь его открытия и первого исследования принадлежит русской науке. Сохранившийся в единственной рукописи Синодальной библиотеки (ныне ГИМ, N 436), этот памятник, относящийся к 70-м годам XI в., был опубликован и введен в научный оборот В. Г. Васильевским и В. Ернштедтом1 . Создатель русской школы научного византиноведения первым оценил значение "Советов и рассказов" для изучения внутренней истории Византии2 . Этот памятник с наибольшей для своего времени полнотой раскрывает жизнь византийской провинции, экономические отношения, социальный и политический строй общества и города, организацию гражданского и военного провинциального управления и т. д.

Написанные в форме советов, касающихся самого широкого круга вопросов, начиная с внутрисемейных отношений и ведения домашнего хозяйства и кончая политическими связями империи с полузависимыми пограничными князьками (топархами) и принципами управления государством, "Советы и рассказы Кекавмена" являются едва ли не единственным документом, наиболее полно отражающим взгляды, настроения и мировоззрение провинциальной византийской аристократии в эпоху острого государственного кризиса империи во второй половине XI века. Мало того, это поистине "исповедь" аристократа-землевладельца.

Со времени издания Васильевского - Ернштедта этот источник прочно вошел в науку. В 30-е годы он стал предметом специального исследования Дж. Баклер (Англия), Н. Бэнеску (Румыния), М. Дьони (Венгрия) и других ученых, посвятивших свои работы текстологии памятника, а особенно проблемам его авторства, генеалогии, биографии и мировоззрению Кекавмена.

В послевоенные годы "Советы" привлекли особое внимание специалистов по ис-

1 "Cecaumeni Strategicon et incerti scriptoris De officiis regiis libellus", ed. V. Wassiliewsky, V. Jernstedt. "Записки" историко-филологического факультета имп. С. - Петербургского ун-та. Т. XXXVIII. СПБ. 1896.

2 В. Г. Васильевский. Советы и рассказы византийского боярина XI в. "Журнал Министерства народного просвещения", ч. 215, июнь 1881 г.; ч. 216, июль-август 1881 года,

стр. 158

тории Византии и балканских стран в связи с вопросами об особенностях исторического развития империи. К данным Кекавмена широко обращались ученые СССР, Болгарии, Югославии, а также капиталистических стран. Не случайно в связи с этим памятником, освещающим жизнь византийской провинции, развернулась дискуссия о специфике социально-экономического развития Византии сравнительно со странами Западной Европы. В основе дискуссии находилась проблема феодализма: советские исследователи (З. В. Удальцова, М. Я. Сюзюмов, А. П. Каждан, Г. Г. Литаврин и др.) отстаивали концепцию, согласно которой Византия в VII-XI вв. развивалась как феодальное государство (при всем своеобразии ее эволюции); буржуазные историки (П. Лемерль, И. Караяннопулос и др.) выступали как "антифеодалисты", отстаивая теорию о нефеодальном пути развития империи. В связи с дискуссией труд Кекавмена был подвергнут новому текстологическому и источниковедческому исследованию одним из крупнейших современных византинистов, П. Лемерлем (Франция)3 . Западногерманский историк Г. Г. Бек, изучая вопрос о социальной природе византийской аристократии, счел необходимым перевести произведение Кекавмена на немецкий язык и издать его отдельной книгой4 . Начатая вокруг памятника полемика ("был ли Кекавмен феодалом?")5 продолжается по сей день; она как нельзя более убедительно свидетельствует и о научной актуальности источника и о своевременности выхода в свет его нового, исправленного издания. Заметим, что в ходе дискуссии было предложено множество поправок к тексту, толкования многих свидетельств памятника оказались весьма различными и спорными.

Г. Г. Литаврин осуществил пересмотр текста всей рукописи памятника, заново исследовал все предлагавшиеся до сих пор конъектуры (исправление или восстановление испорченного или не поддающегося прочтению текста), начиная с вариантов Васильевского и Ернштедта и кончая предложениями ученых нашего времени. В новый текст введено около 130 конъектур сравнительно с первым изданием. Новым по своему характеру является и сделанный Г. Г. Литавриным перевод всего памятника, во многом отличающийся от переводов и В. Г. Васильевского (он перевел около трети памятника) и Г. Г. Бека. Речь идет не столько о каких-либо ошибках в переводе Васильевского - этот перевод находится на уровне филологических и исторических знаний своего времени, - сколько о раскрытии содержания специфических терминов источника, отражающих феномены экономической и социальной жизни Византии, еще недостаточно исследованные в конце XIX века. Кроме того, перевод Васильевского в большей мере является "филологическим" (переводчик стремился отразить стилистические особенности текста), а перевод Литаврина имеет "смысловую", "историческую" тональность, и в этом ценность его для историка.

Существенная особенность рецензируемого издания состоит также в том, что в отличие от первых русских издателей, поставивших задачу "издать рукопись с максимально точной передачей всех ее композиционных особенностей и состава", Г. Г. Литаврин стремился к "публикации подлинного труда Кекавмена, освобожденного от всех позднейших и посторонних наслоений, в максимально возможном приближении к тому виду, в каком этот труд вышел из-под пера автора" (стр. 32). Этот принцип был убедительно обоснован в исследовании П. Лемерля. Советский византинист Б. Л. Фонкич, изучив всю рукопись N 436, в том числе и часть ее, включающую труд Кекавмена, пришел к выводу, что оглавление не принадлежит автору6 . П. Лемерль полагает, что заголовки к параграфам текста, как и самая разбивка его на параграфы, сделаны не Кекавменом. Еще первые издатели отмечали, что пролог и две пометы в рукописи тоже имеют позднее происхождение. Осуществив самостоятельное исследование рукописи N 436, Г. Г. Литаврин пришел к заключению, что она не является ни автографом Кекавмена, ни списком с него (таково мнение Б. Л. Фонкича): текст прошел через руки трех-четырех живших в разное время или пользовавшихся разными списками писцов; заголовки текста не принадле-

3 P. Lemerle. Profegomenes a une edition critique et commentee des "Conseils et Recits de Kekaumenos". Bruxelles. 1960).

4 H. -G. Beck. Vademecqm des byzantinischen Aristokraten. Graz-Wien-Koln. 1956.

5 Г. Г. Литаврин, А. П. Каждан. По поводу книги П. Лемерля о "Советах и рассказах" Кекавмена. "Византийский временник". Т. 20. М. 1961; Г. Г. Литаврин. Был ли Кекавмен, автор "Стратегикона", феодалом? "Византийские очерки". М. 1961.

6 Б. Л. Фонкич. О рукописи "Стратегикона" Кекавмена. "Византийский временник", Т. 31. М. 1971.

стр. 159

жат Кекавмену (опровергая противоположный вывод Б. Л. Фонкича, Г. Г. Литаврин значительно усилил аргументацию П. Лемерля).

Части рукописи, автором которых не был Кекавмен, вынесены в новом издании в приложения (оглавление, пролог, заголовки текста, пометы и т. п.), дана новая разбивка текста на параграфы в соответствии с содержанием отрывков (в греческом тексте параграфы обозначены лишь абзацами). Думается, что новое издание текста вполне может рассматриваться как максимально близкое к автографу Кекавмена. Перевод же заслуживает самого серьезного внимания, поскольку осуществлен специалистом- историком и знатоком социальной и политической терминологии эпохи. Если, например, Васильевский всюду переводил слово "лаос" как "народ", Литаврин показал, что у Кекавмена оно неоднократно употребляется в значении "войска", а это значительно меняет дело. По существу, историки впервые получили вполне соответствующий уровню современных научных знаний перевод источника.

Первые 115 страниц книги, обозначенные как "Введение", носят не столько общий, информационный и вводный, сколько исследовательский характер. В отличие от текстологического анализа П. Лемерля и кодикологического аспекта исследования Б. Л. Фонкича Г. Г. Литаврин с позиций широкого и глубокого исторического подхода к памятнику рассмотрел его, на фоне других нарративных, источников той эпохи. В целом ему удалось обосновать оправданность своих принципов подхода к изданию. Большой интерес представляют разделы об авторстве "Советов" и биографии Кекавмена. Нельзя не согласиться с выводом Г. Г. Литаврина, что этот памятник - один из наиболее достоверных источников по византийской и балканской истории X-XI веков (стр. 49). "Введение" является самостоятельным исследованием о жизни империи в XI в.: в нем характеризуются Кекавмен и его мировоззрение, а также его эпоха. Г. Г. Литаврин, будучи не только византинистом, но и историком балканских стран, сумел достаточно широко оценить значение памятника как источника. Удачными следует признать и попытки выявить своеобразие взглядов Кекавмена в связи с его социальной принадлежностью и опыт сопоставления его воззрений со взглядами его современников, представителей иных слоев господствующего класса.

В результате стало гораздо больше известно о мировоззрении провинциальной аристократии (этот вопрос вообще еще мало изучен) и, о его отличиях от воззрений столичной бюрократии.

Комментарий, занимающий почти половину книги, имеет самостоятельную справочную ценность. Здесь подробно рассматриваются не только возможные разночтения текста, критикуются переводы, опровергаются неверные толкования и т. п., но и указывается происхождение социально-экономических институтов, упомянутых в памятнике, должностей, функций, титулов, даются датировки событий, вскрываются их последствия и т. п. В некоторых своих частях комментарий представляет собой серию самостоятельных исследований по хозяйственной, социальной и политической истории Византии, Болгарии и других балканских стран. При этом неизменно приводятся данные других источников по спорным проблемам и богатейшая литература вопроса. Автор убедительно отстаивает концепцию, согласно которой византийское общество X-XI вв. являлось феодальным.

Издание снабжено богатым справочным аппаратом: обширной библиографией использованных автором источников и литературы, двумя картами, фотографиями отдельных листов рукописи, указателями - именным, географическим, терминологичеческим, этнических наименований. Важно то, что Г. Г. Литаврин указал в новом тексте страницы первого издания, тщательно отметил все особенности публикации Васильевского - Ернштедта и дал полный список новых конъектур (стр. 308 - 312).

Вкратце о недостатках и упущениях этой многоплановой работы. Прежде всего о "Введении". Автор старается обосновать вывод о том, что Кекавмен принадлежал не к высшим, а к средним кругам провинциальной земледельческой аристократии (стр. 59), но, видимо, колеблется сам, ибо порою называет Кекавмена "крупным землевладельцем" (стр. 89). Нам представляется, что вернее все же второе, а не первое. В то же время Кекавмен и не представитель "широкого и наиболее многочисленного" слоя средней аристократии. Видимо, необходимо было предварительно уточнить, каковы критерии для размежевания этой прослойки господствующего класса на "высших" и "средних"- вопрос весьма существенный, но обойденный в работе, существенный не только для понимания де-

стр. 160

ления византийской провинциальной аристократии, но и роли "средних феодалов" в византийском обществе вообще. Недостаточно полно рассмотрен во "Введении" и вопрос о жанре "Советов и рассказов" Кекавмена. Соглашаясь с Г. Г. Литавриным в том, что труд Кекавмена нельзя относить к разряду "стратегиконов", мы все-таки полагаем, что в таком случае следовало провести более основательное сопоставление его с памятниками, относящимися к разряду "зерцал" (например, с "Царским воспитанием" Феофилакта Болгарского), а также другими типами "стратегиконов" (Никифора Ураны и др.). Видимо, к "зерцалам" данный источник ближе, и сравнение с ними позволило бы ярче раскрыть оригинальность труда Кекавмена, а может быть, и четче выявить сходные черты.

Комментарий представляется местами перегруженным. Вряд ли было необходимо подробно комментировать факты и события из античной истории или даже из истории Византии VI-VII вв., особенно в тех случаях, когда автору нечего добавить к известным в науке выводам (см. прим. 207, 1248, 1302, 1309 и некоторые другие). Издание весьма своеобразно (соединение публикации с исследованием). Поэтому мы считаем упущением, что автор не перенес часть материала из комментария во "Введение". В комментарии многие интересные наблюдения и выводы автора теряются в массе примечаний (их более 1352). "Введение" же благодаря этому обрело бы большую полноту и законченность как крупное самостоятельное исследование об авторе и его эпохе.

Издание Г. Г. Литавриным "Советов и рассказов Кекавмена" выполнено на самом высоком уровне и существенно продвигает вперед изучение одного из важнейших периодов византийской и балканской истории.






 

Биографии знаменитых Политология UKАнглийский язык
Биология ПРАВО: межд. BYКультура Украины
Военное дело ПРАВО: теория BYПраво Украины
Вопросы науки Психология BYЭкономика Украины
История Всемирная Религия BYИстория Украины
Компьютерные технологии Спорт BYЛитература Украины
Культура и искусство Технологии и машины RUПраво России
Лингвистика (языки мира) Философия RUКультура России
Любовь и секс Экология Земли RUИстория России
Медицина и здоровье Экономические науки RUЭкономика России
Образование, обучение Разное RUРусская поэзия

 


Вы автор? Нажмите "Добавить работу" и о Ваших разработках узнает вся научная Украина

УЦБ, 2002-2017. Проект работает с 2002 года. Все права защищены (с).
На главную | Статистика последних публикаций